В разных городах Европы убивают одного за другим известных ученых-психологов. Тони Хиллу, уникальному знатоку поведения серийных убийц, предлагают принять участие в расследовании. Он решается взяться за дело, лишь узнав, что очередной жертвой маньяка стала его хорошая знакомая. Помощница Хилла — Кэрол Джордан — ведет в Берлине смертельно опасную работу по разоблачению группировки, промышляющей торговлей людьми. Пытаясь раскрыть тайну международного преступления, Тони и Кэрол попадают в мир насилия и коррупции, где им не на кого положиться, кроме как друг на друга.
Авторы: Вэл Макдермид
раньше от Марийке. — Хочешь взглянуть на черновой портрет?
— Если не возражаешь.
Тони встал, открыл портфель и достал из него несколько листков бумаги.
— Вот, — сказал он, отдавая их Кэрол. — Хочешь кофе?
— М-м-м-м… Пожалуйста.
Кэрол уже читала обычное предисловие. Пока Тони варил кофе, она сосредоточила внимание на тексте. А он все время оставался в кухне и, только когда она закончила читать, вернулся с обещанным кофе в гостиную.
— И что ты думаешь? — спросил он. — На мой взгляд, вроде бы жидковато. У меня нет ощущения, что я нашел элементы, которые могут серьезно двинуть расследование вперед.
— Если учесть, что у тебя почти нет информации, ты отлично поработал, — попыталась успокоить его Кэрол. — Самое важное тут, что он моряк.
— Да. А ты знаешь, что собой представляет грузовое судоходство в Нидерландах и Германии? Тысячи сухогрузов, и на любом может работать наш подозреваемый. Я даже не знаю, есть ли где-нибудь расписание их передвижений. Сегодня вечером у меня был короткий разговор с Марийке, и ей кажется, что суда должны регистрироваться, когда проходят по шлюзам или причаливают к берегу. Но и это ненамного облегчит работу. Потребуются месяцы, чтобы перелопатить все это. А у нас, Кэрол, этих месяцев нет.
— И даже если предостеречь группу риска, его могут не поймать.
— Правильно. Возможно, что именно сейчас он затаился и разрабатывает новую тактику в своей якобы праведной войне.
— Поскольку он рыскает в Интернете, не стоит ли справиться в книжных Интернет-магазинах, кто в последнее время заказывал большое количество книг по психологии?
Тони пожал плечами:
— Если он живет на каком-то судне, то ему проще покупать книги в обычном магазине, чем заказывать посылки, которые он может получить лишь через несколько недель.
— Наверно, ты прав, — проговорила Кэрол, постаравшись не показать своего огорчения. — А что там со Штази?
— Петра организовала мне на завтра интервью с историком. И все равно мне кажется, что мы ищем иголку в стоге сена.
— Интересно, что он сам думает о себе, — произнесла Кэрол. — Если ты прав, и он думает, что его жизнь разрушена, так как кто-то из его близких пострадал в результате психологических пыток, то какова его цель? Может быть, это месть в чистом виде? Или он пытается обратиться к миру с посланием?
— Зависит от того, имеем мы дело с сознательной или бессознательной мотивацией, — ответил Тони. — Я бы сказал так. Подсознательно он старается получить назад свое. Однако он не признается себе в том, что у него такой личный, такой мелкий мотив. Думаю, он считает себя мойщиком авгиевых конюшен психологии. Его послание таково: те, кто копаются в головах людей, достойны смерти.
Кэрол нахмурилась и поставила кружку:
— Может, он верит, что занимается исцелением общества? Проводит этакую глобальную терапию? Мол, бросьте свои злостные привычки?
Вот поэтому Тони любил работать с Кэрол. У нее было отличное ассоциативное мышление, и ей в голову приходили мысли, которые или не приходили к Тони, или были им отметены как ненужные. Так было раньше, и она оказывалась права, а он — не прав.
— Знаешь, мысль неплохая, — медленно проговорил он. — И куда она нас ведет?
— Не знаю… — Кэрол перевела взгляд на стену перед собой, пытаясь облечь в слова мысль, которая едва возникла и еще не была ею обдумана. — Если он считает себя мстителем, то не пытался ли он наносить им удары их собственным оружием? Что, если он писал в академические журналы с целью разоблачить их или раскритиковать их труды? Наверное, надо поискать и в Сети, ведь он называет себя журналистом.
Тони кивнул:
— Это возможно. Стоит попытаться.
— Не исключено, что он строчил на них жалобы в университеты. — Взгляд Кэрол стал рассеянным. — Может, он рассматривает последнюю встречу с ними как своеобразный терапевтический сеанс?
— Думаешь, он видит в них пациентов, которых лечит?
— Да. А ты так не думаешь?
— Все возможно. Ну и? — спросил Тони, желая услышать продолжение мысли Кэрол.
Кэрол подвинулась, чтобы сесть рядом с Тони:
— Ничего. Извини, это всё.
— Ладно. Вдохновение штука капризная. Завтра предложу Петре и Марийке, чтобы они поискали профессиональную критику в адрес наших жертв.
С этими словами Тони обнял Кэрол.
— Ах, до чего же хорошо, — вздохнула Кэрол. — Как неохота тащиться наверх.
Тони с трудом проглотил слюну:
— И не тащись.
— Надо. Мы слишком долго ждали, и теперь я не хочу, чтобы над нами висела тень Радецкого. Я хочу, чтобы были только я и ты и ничто нас не сковывало. — Она посмотрела на Тони. — Я могу еще немножко подождать.
Тони наклонился и поцеловал ее в губы.
