В разных городах Европы убивают одного за другим известных ученых-психологов. Тони Хиллу, уникальному знатоку поведения серийных убийц, предлагают принять участие в расследовании. Он решается взяться за дело, лишь узнав, что очередной жертвой маньяка стала его хорошая знакомая. Помощница Хилла — Кэрол Джордан — ведет в Берлине смертельно опасную работу по разоблачению группировки, промышляющей торговлей людьми. Пытаясь раскрыть тайну международного преступления, Тони и Кэрол попадают в мир насилия и коррупции, где им не на кого положиться, кроме как друг на друга.
Авторы: Вэл Макдермид
уж нет. Слишком опасно. Рассказывать — одно дело, показывать — совсем другое. Ты поезжай, если хочешь. А она не поедет.
Кразич слышал, как Радецкий вздохнул.
— Ладно. Буду готов через полчаса. Идет?
Кразич убрал телефон в карман и направился к двери:
— Сообщи мне, когда что-нибудь нароешь. Позвони, ладно?
— Ладно, Дарко, — отозвался хакер, выглядывая из-за монитора. — Мне нравится работать на тебя. Никогда не повторяешься.
Он проверял ее каждые пятнадцать минут, стараясь уверить себя, что занимается расследованием. На самом деле ему было необходимо получить весточку от Кэрол. Но, как назло, ничего не было. Интересно, чем она занимается? Кэрол ни словом не обмолвилась о своих планах на день, разве что она собиралась ждать звонка Радецкого, чтобы договориться о поездке в Роттердам. Что ж, слава богу, хотя бы Марийке отозвалась.
Привет, Тони!
У меня есть кое-что интересное. Не стоит сообщать об этом Петре, потому что она сегодня занята слежкой, а у Кэрол, несомненно, свои дела. Тем не менее я хочу поговорить о новой информации.
У нас есть сигнал о превышении скорости неким Вильгельмом Альбертом Манном в день убийства де Гроота сразу после девяти вечера. Его засекла автоматическая камера, не полицейский, и у нас есть фотография машины, черного «фольксвагена-гольф» с гамбургскими номерами. Манн зарегистрирован на барже «Вильгельмина Розен». Я справилась у одного знакомого. Это большой сухогруз, который плавает по всей Европе. Что вы думаете? Стоит проверить? Мне не хочется обращаться к полицейским в Кёльне, чтобы они не подумали, будто я сошла с ума. Если вы считаете, что имеет смысл проверить, у меня есть список возможных мест в самом Кёльне и неподалеку, где баржа может дожидаться, когда спадет вода.
Позвоните, ладно?
Конечно, он позвонит, вот только сначала кое-что проверит. Схватив сумку, Тони достал списки, полученные в замке Хохенштейн. Вероятнее всего, убийца — Манн, и не исключено, что человек, заставивший его страдать, носил другую фамилию. Например, если речь идет об отце матери, то никакого совпадения не будет. А вдруг повезет и отыщется какая-нибудь связь?
Тони торопливо пролистывал списки, составленные в алфавитном порядке. Фамилия была часто встречающаяся, поэтому в списках числились восемь Маннов. Пятерых он отверг сразу же. Их умертвили по причине умственной или физической неполноценности. Шестой, Клаус, умер от воспаления легких через пару недель после того, как был доставлен из замка Хохенштейн в баварскую больницу. Седьмая, Гретель, была в замке, однако о ней не сохранилось никакой информации. Восьмым был мальчик, которому удалось выжить. Альберт Манн из Бамберга попал в замок Хохенштейн в возрасте восьми лет с диагнозом хронического антисоциального поведения. Единственным комментарием к его лечению было: «Wasserraum».
Тони взялся за телефон и набрал номер, который ему дала Марийке.
— Марийке?
— Да.
— Это Тони Хилл. Я получил ваше сообщение.
— Думаете, в этом что-то есть?
— Не просто что-то, а очень что-то. Ваша информация абсолютно укладывается в то, что я нашел в документах замка Хохенштейн. Можете послать мне список мест, которые надо посмотреть в Кёльне? Я немедленно сверюсь с расписанием рейсов и арендую там машину.
— Ладно, высылаю список.
— Вам не кажется, что нужно все-таки подключить ваших немецких коллег? — спросил Тони.
— Мне бы хотелось сначала убедиться, что все правильно. К тому же это все еще мое дело. Если бы не мы с Петрой — и не вы, конечно же, — ничего не было бы. Думаю, мы имеем право сами довести расследование до конца. И мне хочется выразить вам благодарность за все, что вы делаете для нас, — проговорила Марийке на правильном, но несколько
