Последний ведьмак

цвета. Заполучив желаемое, Прохор с одухотворенным лицом скрылся в небольшой пристройке, где, вероятно, хранился садово-огородный инвентарь.
Оставшись на крыльце одна, Виктория приподнялась на носочки и со вкусом потянулась, продемонстрировав сидящему в отдалении Володе свою точеную фигурку во всей красе. Посмотреть на что было. Лучи восходящего солнца просвечивали тонкую ткань халата, словно рентген таможенника сумку контрабандиста. Еще при первой встрече Владимир отдал должное сложению своей помощницы, хотя было ему в то время совсем не до этого. Теперь же, когда никто никуда не торопил, не грозил убить, он буквально залюбовался, глядя на свою спасительницу. Естественно, от Вики не утаился его восхищенно-раздевающий взгляд. Легкой походкой она подошла к скамье, где сидел ведьмак, и сделала перед ним разворот «а-ля топ-модель на подиуме».
– Нравлюсь? – В глазах ее прыгали смешинки.
– Впечатляет.
– А я, признаться, думала, ты женоненавистник!
– С какого это перепугу? – Чего-чего, а поводов усомниться в его ориентации Владимир не давал никогда и никому.
– Да вот с такого! – Виктория без церемоний устроилась на ведьмачьих коленях, закинув на скамью свои точеные ножки.– Я когда увидела, что ты вот-вот мне кол в грудь загонишь, честно сказать, с жизнью простилась. Ты серьезно хотел меня убить, такую молодую и непорочную?
Володя и сам с ужасом вспоминал тот момент, когда он ошибочно принял сигнал амулета, предупредившего о появлении оборотня, за предупреждение о том, что Виктория превращается в вампирку. Иначе как роковым стечением обстоятельств он это назвать не мог, ведь кинься на него Кайфуций на пару-тройку секунд позже, он убил бы Вику, убил не задумываясь. И неизвестно, как дальше сложилась бы его судьба, поскольку в том состоянии, в котором он находился, если верить похмельному Прохору, от трупа его мало что отличало. Одно то, что он вновь угодил в мир демонов, куда ведьмак попадает только в случае смерти, говорило о временной остановке сердца, или, как ее иначе называют, клинической смерти.
Отрицать свои прошлые намерения Владимир не стал. Не стал он и вдаваться в подробности своего малопонятного со стороны поведения. Вместо ответа он, насколько позволяла недолеченная рука, крепко обнял сидящую у него на коленях ведьму и припал к ее мягким, аппетитным губам. От них исходил аромат роз, мяты, жасмина. Он кружил голову, заставляя сердце биться в учащенном режиме.
Виктория, для приличия самую малость поупиравшись своими ладошками в ведьмачью грудь, в конце концов обняла своего обольстителя за шею, отвечая взаимностью. Продолжались эти лобызания довольно долгое время, в течение которого Владимир имел возможность неоднократно убедиться в отсутствии на своей подруге нижнего белья. Скорее всего, столь бурные предварительные ласки имели бы свое естественное продолжение прямо на скамеечке, но этот эротический экспромт был прерван подлечившимся Прохором, который вылез из своей каморки в самый неподходящий момент.
Услышав скрип открываемой двери и раздавшееся вслед за ним сдавленное «кхыканье», Виктория с сожалением отстранилась от предмета своей страсти.
– Прохор Фомич, а истопите-ка вы нам баньку,– озадачила она посвежевшего цветовода, при этом глядя на раскрасневшегося ведьмака затуманенными глазами. Легко соскочив с Володиных коленок, она, не стесняясь присутствия постороннего человека, ухватила ведьмака за руку.– Мне кажется, нам надо пройти в более удобное место! – И потянула его за собой в дом, где, надо полагать, этих более удобных мест было в избытке.
Как и следовало ожидать, до спальни они попросту не добрались, отдавшись страсти прямо на диванчике в гостиной. Владимир самозабвенно целовал Вику в губы, шею, грудь, с каждым мгновением чувствуя, что конец их слиянию близок, всеми силами оттягивая этот момент, но нельзя избежать неизбежного. Волна наслаждения вырвала из его горла приглушенный стон наслаждения, почти отключив сознание от этого мира, но все же он почувствовал, как сладостная судорога прошлась по телу лежащей под ним женщины, их стоны слились в единый любовный аккорд.
Немного отдышавшись, они наконец добрались до спальни, где все повторилось, правда, более неспешно и бережно, в лучших традициях любовных романов. Ведьмак и ведьма дополняли друг друга столь органично, что временами у обоих складывалось впечатление, будто они читают мысли друг друга, поскольку в любовной игре обходились без слов, следуя малейшему желанию партнера. Если верить утверждениям Ахмеда, лучшие любовники – это вампиры, однако и ведьмаки (Владимир готов был в этом поклясться) в сексе были намного выше обыкновенного человека. Как обстоят