Когда в твой дом приходит война, то у тебя всегда есть выбор: сбежать или взять оружие в руки и дать отпор врагу. И даже если ты не бедный человек, и у тебя есть возможность избежать войны и жить себе припеваючи в безопасном месте, то ты все равно берешь в руки автомат и встаешь на защиту своего дома. Потому что дом у тебя один. На этой земле вырос ты, твои родители и твои дети.
Авторы: Семен Кожанов
— Алексей Иванович, вы где?! — раздался крик со стороны дороги. Кричал Ветров: — Выходите, бандиты убиты.
— Сейчас! Надо проверить кое-что! — крикнул я в ответ.
Выйдя из зарослей камышей, я, вскинув автомат к плечу, зигзагами побежал через поле, в ту сторону, откуда по мне стреляли. В густых зарослях травы на животе лежал раненый мужчина. Его темно-зеленая куртка была обильно пропитана кровью, а на правой руке практически полностью отсутствовала кисть. Автомат с разбитым прикладом лежал в трех метрах от раненого. Бесцеремонно пнув ногой раненого, я перевернул его на спину… и тут же отпрыгнул как можно дальше в сторону, стараясь стать маленьким и незаметным. Если бы можно было уменьшиться в размере, я бы стал маленькой мышкой. У раненого в руках была осколочная граната Ф-1, а в гранате не было кольца.
Ба-бах! — рядом грянул оглушительный разрыв гранаты… и на меня упало небо или что-то другое, не менее тяжелое!
В себя я приходил тяжело — все тело болело, как будто его пропустили через мясорубку, причем несколько раз: вначале в одну сторону, а потом в другую. В голове царил аттракцион «Иллюзион», а во рту присутствовал соленый привкус крови.
Картинка прыгала перед глазами как белка в колесе. Моя голова моталась из стороны в сторону — меня бесцеремонно тащили по земле, схватив под мышки.
— Алексей Иванович, вы очнулись? — раздался над ухом встревоженный голос Енота. — Как вы себя чувствуете? Говорить можете?
— Могу, — сдерживая подступающий к горлу комок рвоты, прошептал я. — Поставьте меня на ноги, а то от этой тряски только хуже.
С помощью парней я встал на ноги. Отхлебнув воды из фляги, я понял, что все не так уж и страшно. Да, все тело ломило от боли, ноги подкашивались и в голове звенели колокола, но тело было целым — открытых ран и переломов не было, а значит, все остальное не важно.
— Долго я провалялся в отключке? — спросил я, когда мы вышли к дороге. Хотя вышли — громко сказано, точнее меня вынесли.
— Минут двадцать, — ответил Енот. — Мы с Данилой не сразу поняли, что произошло, а как только сообразили, где вас искать, так сразу же пришли вам на помощь.
Я сел на землю, прислонившись спиной к бетонной плите, которая торчала из склона на обочине дороги. Данила убежал вперед по дороге и встал в дозоре, обеспечивая нашу безопасность.
Тазик пригнал к дороге мою «Хонду», в которую они вместе с Енотом начали загружать трофейное оружие и уцелевшие боеприпасы. Оружия было мало: два автомата Калашникова, одно охотничье ружье и два карабина Симонова. Все остальное оружие было повреждено огнем или нашими пулями.
Машину пригнали только ради меня — сам я до нее не дошел бы. Облокотившись на кожаную спинку заднего сидения «Хонды», я тут же уснул.
Проснулся я от того, что меня осторожно пытались вытащить из машины. Проспал я всего минут двадцать, но этого вполне хватило, чтобы из машины я вылез сам и даже смог дойти до своей комнаты.
Приняв душ и переодевшись, я выпил несколько болеутоляющих таблеток и пошел в штаб. В моей аптечке были не только болеутоляющие препараты, была «химия» и посерьезней, но она останется нетронутой, пока не наступит нужный момент — слишком серьезные последствия вызывали эти импортные пилюли!
Проходя мимо спортзала, переделанного в лазарет, я с удивлением обнаружил много раненых, которым делали перевязки. Раненых было человек десять-пятнадцать.
— Откуда столько раненых? — спросил я у девушки, которая отмывала пол коридора от крови.
— Привезли после боя на дороге возле железорудного комбината, — грустно ответила девушка. — Здесь только легкораненые. Тяжелораненых сразу же увезли в городскую больницу. Убитые лежат на плацу, рядом с мастерскими.
— Сколько убитых и тяжелораненых? — ошарашенно спросил я.
Я и не ожидал, что мы понесем такие потери в первом же серьезном бою. Все-таки наши бойцы находились на хорошо защищенных позициях, да и засада с применением дистанционных взрывных устройств предполагает прежде всего потери среди тех, на кого устраивается засада. Значит, бородачи оказались слишком хорошими вояками, если смогли так сильно «пощипать» наших бойцов.
— Трое — убитых, восемь — тяжелораненых, четырнадцать — легкораненых, — ответила девушка.
— Кто среди убитых?
— Я не знаю их имена.
Ничего не ответив, я медленно пошел дальше по коридору. В штабе было многолюдно, даже большое помещение актового зала казалось маленькой комнатушкой из-за того, что в него сейчас набилось не меньше полусотни мужчин.
Среди присутствующих были: братья Патроховы, Владимир Серов, атаман керченских казаков, несколько парней в милиционерских мундирах
