Когда в твой дом приходит война, то у тебя всегда есть выбор: сбежать или взять оружие в руки и дать отпор врагу. И даже если ты не бедный человек, и у тебя есть возможность избежать войны и жить себе припеваючи в безопасном месте, то ты все равно берешь в руки автомат и встаешь на защиту своего дома. Потому что дом у тебя один. На этой земле вырос ты, твои родители и твои дети.
Авторы: Семен Кожанов
россыпью веснушек. — Только мне бы домой как-то сообщить, что я жив, а то мамка волноваться будет.
— И я, — произнес паренек невысокого роста, с немного косыми глазами. — Я как все.
— Я тоже пойду. Они Кольку убили. Падлы! — четвертый парень был самый рослый из всех тех, кто сейчас стоял передо мной. Настоящий богатырь — косая сажень в плечах.
— Ну а вы что? — Остап повернулся к тем парням, которые остались сидеть на траве. — Вы что, так и будете нюни распускать? Вы — мужики или подстилки дешевые? А ну ВСТАЛИ! — оглушительно рявкнул Кнуш. — Сопли вытерли!
Все, четверо поднялись по его команде.
— Если они не хотят поквитаться за смерть своих товарищей, то не надо и настаивать, — сказал я, удерживая Остапа за плечо. Я видел, что еще мгновение — и Кнуш кинется бить нерешительную четверку. — Парни, я понимаю, что вы еще слишком молоды и вам очень не хочется умирать. Поэтому от вас потребуется только одно — перегнать «Уралы» и «Газели» в безопасное место. А потом мы вас переправим на российский берег — там спокойно и безопасно.
— Правда? — с надеждой в голосе произнес один из парней.
— Конечно, правда! — ответил я. Повернувшись к Остапу, спросил: — Что в «Уралах»?
— АКМы, «ручники» под 7,62, пулеметы Калашникова. Каждый десятый АКМ с подствольным гранатометом. Станковые гранатометы. СВД, РПГ-7, РПГ-18, РПГ-22 и РПГ-26. Патроны, ВОГи, ручные гранаты РГД-5 и Ф-1, — ответил Кнуш. — Когда перегружали «Газели», видел, что в них обмундирование, «разгрузки» и «бронники».
— Отлично! Все, кто хочет взять оружие в руки, бегом к машинам — вооружиться и переодеться. Остальные — найдите себе обувь и одежду, а потом к машинам, чтобы проверить их работоспособность. Только делайте все очень и очень быстро — у нас мало времени, боевики могли услышать звуки стрельбы.
К грузовикам за оружием побежали пятеро — к первой четверке присоединился еще один боец, на вид самый «дохлый» — худой и щуплый, шея как моя рука, зато уши — большие и оттопыренные, похожи на два вареника.
— Командир, подойди! — крикнул Енот, он стоял возле одной из «Газелей» и что-то рассматривал в ее кабине.
Подойдя к машине, я сразу заметил, что она отличается от стандартной комплектации. Колеса были подняты выше, чем обычно, кабина спаренная, двойная — усилена дополнительными листами железа. Лобовое стекло забрано решеткой, а само на вид, матовое и немного тусклое — скорее всего это и не стекло вовсе, а разновидность бронированного пластика. На крыше кабины была приварена тренога с подвижно закрепленным станком, на которой разместилась спарка из АГСа и ПК. Задняя стенка кабины отсутствовала напрочь — из кузова можно было попасть в кабину. С правой стороны кабины было приварено еще одно крепление для пулемета, рядом с креплением висела брезентовая «кишка» гильзоуловителя.
Кто-то очень сильно постарался, чтобы переделать мирную «Газель» в некое подобие легкобронированной рейдовой машины.
— Командир, глянь, здесь рация, таблица частот и список позывных! — Енот показал на заднюю часть кабины, где рядом с радиостанцией, прямо к металлу был прикручен блокнот. — У этих деятелей был позывной — «Хазир». А вообще, в списке двадцать семь позывных.
— Коршун, Коршун. Это Испанец. Прием! — прошелестел голос Испанца в динамике моей рации.
— Коршун на связи. Прием!
— Коршун, у нас гости. Две машины — пассажирская «Газель» и «шоха». Во всех машинах мужики, у половины на головах зеленые повязки с какими-то буковками. Думаю, это исламисты!
— Подпусти поближе и бей. Твоя — «Газель». Белка займется «шохой». Твой выход первым! Белка, ты меня услышала? Прием!
— Сделаем! — лаконично ответила девушка.
— Быстрее, быстрее! — закричал я. — У нас гости.
Я подошел к грузовику и достал из открытого ящика несколько снаряженных «улиток» для РПК.
Со стороны поля донесся звук гранатного разрыва, а потом через несколько секунд — длинные пулеметные очереди. Взрыв, еще взрыв — судя по лопающемуся звуку, это детонировали бензобаки в машинах. Пулемет стих, но через несколько минут опять разродился несколькими, короткими очередями.
— Командир, прием!
— На связи. Что у тебя!
— Все зеленые мужики в минус, — даже сквозь шум помех было слышно, что Испанец очень доволен собой. — Прием!
— Испания, бери машину и мухой к нам! Белка, держи дорогу. Как поняла? Прием!
— Поняла.
— Командир, надо делать ноги, сейчас сюда басмачи, слетятся, как пчелы на мед! — Енот проверял наличие боезапаса в машине. — С этими тяжело груженными «бегемотами» нам далеко не уйти.
Я прекрасно понимал, к чему сейчас клонил Енот — по грунтовой дороге, которая петляла через степь, мы были бы прекрасной
