Я должна была умереть. Но вместо этого оказалась в теле принцессы. Новая жизнь, новая судьба. Вот только не власть и балы, а гарем императора ждет меня. Впереди самое настоящее обучение! Магия, история мира, этикет — о чем еще нужно знать фаворитке? Но это ведь в любом случае лучше смерти… Ведь так? Однотомник.
Авторы: Минаева Анна Валерьевна
с улыбкой отозвалась я. — Так что?
— Хорошо, — недовольно буркнул помощник. — По рукам. Один урок или один ответ взамен на одну историю.
— Договорились.
Проводник на моей шее сменил цвет на красный, а я засобиралась на занятие. После которого у нас с Линой была назначена репетиция ее танца.
Мазнув взглядом по ящику с тренировочными веерами для собственного выступления, я поспешила на выход из комнаты. Закрывая дверь, попросила Кхара, чтобы он первым делом научил меня зажигать пламя чарами. Это умение должно пригодиться мне очень скоро.
Дни до ежесезонного концерта тянулись друг за другом серой чередой. Разбавляли эту скуку только тренировки с Линой и Шейлой. Да еще и уроки с Кхаром временами были полезны.
Как оказалось, я весьма быстро обучаюсь самой элементарной магии. Будто бы когда-то уже умела ее создавать, а потом просто забыла.
Как и обещала проводнику, расплачивалась я с ним за эти знания историями из прошлой жизни. Сама временами отмечая, что какие-то детали прошлого стирались из памяти.
Например, я не могла сказать, в каком доме я жила и на каком этаже. Не могла вспомнить номер телефона брата или название улицы, где находилась работа. Глобальные моменты я помнила. Но иногда ловила себя на чувстве, что рассказываю не свою жизнь, а пересказываю уже услышанную когда-то историю.
Это несколько пугало и настораживало.
А потом жизнь продолжалась. Единственное, что меня сейчас беспокоило, — император.
После моего признания он не вызывал меня больше к себе, не искал встреч. И всячески препятствовал тому, чтобы я могла с ним встретиться сама.
С чего я взяла? Да потому что Кхар сообщил мне об этом за обедом на следующий день после того самого вечера. Проводник долго мялся, не знал, как передать мне сплетню, а потом выдал что-то наподобие «фаворитка временно отстранена от своих обязанностей».
Возможно, я сейчас налажала с формулировкой, но смысл от этого не сильно пострадал.
В итоге я оставалась в полном неведении. Не понимала, что делать и как себя вести. Не понимала, что со мной происходит.
Потому что произошедшее в тот вечер то и дело возвращалось ко мне яркими картинками, кружило голову, заставляло сердце биться чаще.
Я понимала, что это ненормально и неправильно. Но ничего с собой поделать не могла. И потому старалась забить каждую свободную минутку. Чтобы не думать о Дарии. Не вспоминать его объятия, поцелуй, руки…
Ну вот опять! Черт!
Я крутанулась вокруг своей оси, отдавая все эмоции танцу. Развернулись веера, на небольших головешках вспыхнуло пламя.
У меня получалось вызывать его уже без слов и пасов. Это было небывалым продвижением. Особенно если учитывать, что чарам я обучалась дня три максимум.
А потом наступил день, которого ждали абсолютно все рабыни в гареме. День, когда каждая из них могла увеличить свои шансы на прекрасное будущее. Занятия отменили, а вся секция, выделенная для воспитанниц императора, превратилась в огромный жужжащий улей.
Все бегали, кричали, смеялись, спорили. В купальнях началась чуть ли не толкучка от желающих привести себя в порядок.
Утром ко мне забежала Лина, обняла и пообещала не подвести. А потом подмигнула и попросила понаблюдать за хазнедар, которая еще не была в курсе своеволия служанки. Позже примчалась Шейла и нас обеих утащила за собой в купальни, где мы и попали в самую огромную «пробку».
Никогда бы не подумала, что за средствами гигиены придется стоять в очереди…
Сборы были в темпе быстрого танца. Я подбирала волосы наверх. Магией! И получала от этого столько кайфа, что начинала понимать Шейлу в моменты колдовства. Наложница поправляла на груди темно-зеленую ткань длинного платья, а Лина прогибалась в пояснице и улыбалась в предвкушении скорого выступления.
— И почему ты пение выбрала? — хмыкнула Лина, раскладывая на отвоеванной нами лавочке узкие алые штаны и короткий белый топ.
— А почему бы и нет? — Шейла в это время подводила глаза у небольшого зеркальца и недовольно косилась на рабыню, которая стояла за ней в очереди. — Танцевать почти все ринутся, а вот с пением конкуренток будет меньше.
— Тебе ведь не пением императора в кровати ублажать.
— Предлагаешь сменить пение на нечто более интимного характера? — заломив бровь, хохотнула подруга. — Думаю, что подобное стоит демонстрировать не на публике.
Они продолжали друг друга поддевать, Лина все больше раскрывалась. Переставала быть зашуганной девчонкой, которой все помыкают. И меня очень радовали эти перемены в ее характере.
Но вот разговор действовал на нервы. Каждое упоминание императора отзывалось во мне противным тягучим чувством,
