Последняя охота

правду и ничего, кроме правды», измученный агорафобией Юджин вдруг решил грохнуться в обморок. Возникла небольшая суматоха, Тумсу сунули под нос флакон с аммиачным раствором. Это подействовало — от ударившего в ноздри жгучего морозного запаха нашатыря Юджин пришел в себя и закашлялся.
Убедившись, что все участники слушаний в состоянии воспринимать происходящее, судья дала знак продолжать заседание.
— Ваша честь, я категорически против того, чтобы Юджин Виктор Тумс вышел за пределы лечебницы, — начал Молдер. — В поддержку своего мнения я готов привести факты, которые были собраны мною и специальным агентом Скалли во время расследования цепи серийных убийств, совершенных в Балтиморе летом девяносто второго года…
— Мистер Молдер, — перебила его судья. — Я знакома с материалами судебного разбирательства по делу Юджина Виктора Тумса. Его связь с упомянутыми вами убийствами доказана не была, в перечне обвинений эти убийства не фигурировали. И я не вижу причин пересматривать решение, вынесенное тогда судом.
— Ваша честь, вы здесь именно затем, чтобы это решение пересмотреть, холодно заметил Молдер. — Суд определил местом содержания для Юджина Виктора Тумса закрытую клинику Друид-Хилл. Вы же, судя по всему, намерены его выпустить. А я всего-навсего пытаюсь дать вам понять, чем ваше решение может обернуться.
— И чем же?
— Гибелью как минимум одного человека в ближайшие недели. И убийством еще пятерых примерно через тридцать лет.
— Поясните.
— Конечно. Однако начать придется издалека. Цепь убийств, удивительно сходных с теми, что были совершены прошлым летом, началась в тысяча девятьсот третьем году. Архивные данные свидетельствуют, что примерно каждые тридцать лет — в девятьсот третьем, тридцать третьем, с ноября шестьдесят второго до марта шестьдесят третьего — в Балтиморе и его ближайших пригородах совершаются пять загадочных убийств, чрезвычайно похожих, как говорят криминалисты, «по почерку». Жертва обычно растерзана, у нее удалена печень — причем, по заключению патологоанатома, для удаления печени преступник не пользовался никакими инструментами. Пропавшую печень в дальнейшем найти ни разу не удалось, и было выдвинуто предположение, что преступник ее съедает. Вторая характернейшая черта этих дел: помещения, в которых происходили убийства, были обычно заперты таким образом, что у преступника не было возможности не только уйти с места преступления незамеченным, но даже просто попасть туда. Все эти преступления так и остались нераскрытыми… Когда подобные убийства начались в девяносто третьем, к следствию были привлечены я и агент Скалли. После изучения собранных материалов я выдвинул гипотезу, что мы имеем дело с человеком… скорее даже не с человеком, а с существом… обладающим рядом весьма необычных способностей. Он, например, способен в достаточно больших пределах изменять анатомию своего тела, что позволяет ему передвигаться по вентиляционным и другим коммуникациям, где обычный человек просто не пролезет. Этим объясняется, как именно преступник попадал на места преступлений и каким путем он оттуда уходил. Вторая особенность — преступник по неизвестным причинам после непродолжительного — обычно шесть-восемь месяцев — периода бодрствования впадает в спячку на тридцать лет. Для поддержания нормальной жизнедеятельности во сне ему необходимо съесть не менее пяти печеней…
Доктор Мартин услышал, как доктор Памела Каребски, сидящая рядом с ним, пробормотала что-то вроде «О боже…». Сам он тоже чувствовал себя все более неудобно. Федерал нес откровенную чушь, это понял бы и первокурсник. А уж произвольное изменение собственной анатомии — это вообще выходит за всяческие рамки…
Доктор Мартин вдруг остро осознал, что находится в сумасшедшем доме.
Судья, похоже, тоже не отличалась повышенной выносливостью.
— Мистер Молдер, у вас есть основания обвинять в совершении этих преступлений Юджина Тумса?
— Да, есть. Отпечатки пальцев, снятые на месте преступления в шестьдесят третьем и девяносто втором году, совпадают с отпечатками Юджина Тумса. Результаты медицинских исследований Юджина Тумса, проведенные в Друид-Хилл, показывают существенные отклонения в метаболизме и генетической структуре…
— Мистер Молдер, — перебила его судья. — Ваши слова противоречат всему, что говорили о Тумсе эксперты, которые им занимались!
— Да, ваша честь, — Молдер был по-прежнему спокоен.
— Боже мой… — судья определенно растерялась. — И как же вы это объясните?
— Нет ничего проще, ваша честь. Первое, что делали исследователи, привлеченные к работе с Юджином Тумсом, — давали подписку о неразглашении