Последняя схватка

день, господин Оун. Вы неважно выглядите. Офицер поднял голову и пристально посмотрел на Тино.
– Мы раньше встречались? – уточнил тасконец.
– Пару раз, – ответил самурай. – Я служил в ведомстве Аргуса Байлота.
– И что от меня понадобилось службе контрразведки? – недоуменно спросил генерал.
– Вы не поняли, я выступаю, как частное лицо, – произнес Аято.
– Тем более странно, – пожал плечами Оун и залпом осушил стакан.
В глазах офицера тут же появился неестественный блеск. Вытерев рот рукавом, тасконец вымолвил:
– Внимательно слушаю. И попрошу без длинных пафосных речей…
– Хорошо, – проговорил японец. – Примерно через пять часов состоится заседание Совета. Вы должны на нем присутствовать. Ссылки на плохое самочувствие не принимаются.
– Человеческая наглость не знает границ, – язвительно сказал генерал. – Придется напомнить еще раз. Я в отставке и никакого отношения к флоту и главному органу власти Союза не имею.
– Перестаньте, – спокойно произнес Тино. – Отставка не принята. Кроме того, сегодня будут обсуждаться итоги экспедиции в систему Китара. Одному полковнику нужна ваша поддержка.
Оун резко вскинул подбородок. Несмотря на сильное опьянение, соображал он быстро.
– Офицер, которому я действительно был обязан помочь, к сожалению, мертв, – заметил тасконец.
– Вы ошибаетесь, – возразил самурай. – Иногда люди видят не то, что есть на самом деле.
– Неужели двойник? – догадался генерал.
– Предлагаю поговорить об этом во Фланкии, – вымолвил Аято. – Вы прилетите в столицу?
– Непременно, – сказал Оун, вытягивая шею и поправляя воротник кителя. – Надо только привести себя в порядок. В последние дни я немного расслабился… Но теперь ситуация изменилась.
Подготовив почву в Совете, японец приступил к осуществлению второй части своего плана. В течение двадцати минут Тино оповещал крупнейшие информационные компании о предстоящей пресс-конференции Храброва. Местом ее проведения самурай назначит холл здания правительства. Когда у внешних ворот соберутся сотни журналистов, отказать им будет сложно. Зато охрана тщательно проверит репортеров на наличие оружия и взрывчатки. Безопасность никогда не помешает.
Ряд агентств с недоверием отнеслись к сообщению Аято, однако данное обстоятельство ничуть не расстроило японца. Тино не сомневался, что слухи о чудесном воскрешении командира звездной эскадры мгновенно разлетятся по городу. Люди придут на встречу хотя бы из простого любопытства.
Закончив работу, самурай встал со стула и вышел в подсобное помещение.
– Венс, – негромко позвал хозяина магазина Аято.
– Я здесь, – произнес мужчина, появляясь из общего зала.
– Аппаратуру выключить и законсервировать, – приказал японец. – Через пять минут после моего ухода покинешь явку. Канал хоть и закрытый, но рисковать не стоит.
– Не беспокойтесь, – улыбнулся аланец. – У меня нет ни малейшего желания знакомиться со следователями службы контрразведки. Тем более, я давно хотел навестить отца.
– Прекрасная идея, – заметил Тино. – Родителей нельзя забывать.
Пожав на прощание агенту руку, самурай не спеша двинулся к двери. Выйдя на улицу, Аято привычно огляделся. Вокруг обычные, ничем не примечательные прохожие. Впрочем, правильно организованную слежку обнаружить практически невозможно. Японец поправил пиджак и быстро зашагал к стоянке электромобилей. Спустя четверть часа машина уже везла его в центр Фланкии.
Не зная, чем заняться, Храбров и Саттон все утро смотрели голограф. Основная часть новостей по-прежнему была посвящена гибели Лизы Соул. Репортажи с места событий, интервью, комментарии следовали один за другим. Абсолютное большинство обозревателей считало, что покушение совершили бывшие посвященные. Факты – упрямая вещь, а они недвусмысленно указывали на сторонников свергнутого диктатора. Тот же тип взрывчатки, темное прошлое телохранителей члена Совета, угрозы, звучавшие в адрес Соул. Замысел Тино блестяще осуществился.
Японец вернулся около полудня. Закрыв за собой дверь, Аято громко крикнул:
– Олесь, бери форму и переодевайся. Времени мало. Журналисты изнемогают от нетерпения.
В прихожей самурай передал русичу огромный черный кейс. В нем лежала новенькая форма полковника звездного флота. Спорить с товарищем Храбров не стал. Механизм операции запущен, отступать поздно. Появление Олеся в Совете должно окончательно сломить оппозицию.
– Сколько же комплектов вы пошили? – поинтересовался русич, натягивая брюки.
– Пять, – не задумываясь, вымолвил Тино. – Но это не моя заслуга, а Аргуса.
Взяв со