Последыш Древних

— добраться до вершины и убить тех, кто пытался убить меня. Ярость и злость бурлили во мне и заставляли двигаться быстрее. Поэтому я продолжал упрямо подниматься и добился своего.
  Последний рывок и, перепрыгнув крупный валун, я оказался на более-менее ровной площадке. В руках была верная скьявона, а в левой ладони сформировалась любимая «Огненная капля». Где враг!? Вот он! Прямо передо мной здоровяки, которые катили к краю площадки огромные камни, а за ними строй лучников, пара магов и несколько офицеров, которые стояли на фундаменте древнего имперского бастиона. Всего на вершине человек триста. Наверное, вражеские командиры считали, что этого хватит, дабы сдержать морейцев. Но они ошибались. Нас не остановить и я бросился вперед.
  Не знаю, был рядом со мной кто-то еще, наверное, все же был, потому что за спиной мелькали тени. Однако в ту минуту я словно обезумел, потерял чувство реальности, и мне было не страшно. Ужас остался там — на склоне позади меня, когда сверху летела смерть, а я ничего не мог сделать. А когда видишь врага и можешь до него дотянуться, тут расклады уже иные и есть шансы выжить.
  — А-а-а-а!!! Убивай! — закричал я и ко мне вернулся слух, но опять же это было неважно и несущественно.
  С хрустом, клинок скьявоны разрубил череп мужика, который хотел столкнуть вниз камень.
  Я пригнулся и, едва не зацепив голову, над моей головой пролетел дротик.
  Поднялся и шаг вперед.
  Замах! Удар! И еще один вражеский воин рухнул наземь.
  Уход в сторону и очередное копье пролетает мимо.
  Все реакции убыстрились, а чувства обострились. В теле небывалая легкость, хотя никаких бодрящих настоек я не принимал, и бой шел сам по себе.
  Мужики-толкальщики, не знаю как их еще можно назвать, бросая камни, побежали к стрелкам, а я рванул за ними. Несколько лучников, по команде командира, приготовились залпом поразить меня, и тогда из ладони вылетела «Огненная капля», которая ждала своего часа. Сгусток огня с шипением пронесся по воздуху и попал в грудь вражеского офицера, расплескался и сразу несколько человек оказались в зоне поражения. Смертельно ранен только командир, а с остальными ничего серьезного, ожоги. Однако это вызвало замешательство в рядах противника, и я ворвался в строй рубайятских вояк.
  Из горла вырывался хрип, и я что-то кричал. Скьявона будто пушинка летала в моих руках, и кровь лилась ручьями. Одного свалил. Второго. Третьего. Отбил выпад. Отбросил противника и ответным выпадом поразил его в грудь. Бей! Круши! Морея! Да только я был одиночкой. Если кто и пошел со мной в атаку, тот уже полег, а врагов было много, и меня все-таки свалили.
  Удар в бок и я пошатнулся. Еще один, и упал на колени. Хотел потянуться к магии, но не смог, не хватало времени, и нельзя было сосредоточиться. А затем надо мной завис вражеский боец с палицей в руках. Он замахнулся, а я понял, что это конец, и взгляд застыл на лице убийцы, которому суждено оборвать мою жизнь. Это был молодой парень в добротном кожаном доспехе, курчавый и темноглазый, человек как человек, и он собирался меня убить, ибо, по его мнению, я враг и захватчик. Что же, со своей стороны он был прав и, не имея сил подняться, я закрыл глаза и приготовился отправиться туда, где всегда спокойно и тепло, в мир мертвых.
  — Руговир! Держись! — услышал я голос Рунольва и, прогоняя слабость, снова посмотрел на парня с дубиной в руках, моего убийцу. Теперь уже не состоявшегося убийцу, потому что в его голове засел арбалетный болт, а на вершине шел бой. Мы сделали это! Мы прорвались! И в этом была моя заслуга. Я пугнул камнеметателей и отвлек стрелков. Пусть ненадолго, всего на минуту или полторы, но этого времени штурмовикам хватило, чтобы сделать последний решительный рывок и взобраться на холм.
  «Подъем!» — отдал я себе команду и, превозмогая слабость, встал на ноги. Скьявона по-прежнему была при мне, и я попытался достать ближайшего противника. Однако рука подвела. Она дрожала, и я промазал, а вражеский стрелок отшатнулся и вместе с другими лучниками бросился бежать. Штурмовики преследовали их и рубили, а наши чародеи хотели достать рубайятских магов, которых они осыпали молниями. Но из этого ничего не вышло. Толпа врагов, перепуганная и больше напоминающая стадо баранов, чем войсковое подразделение, подобно горному потоку по восточному склону скатилась вниз и отступила. А в такой толчее в одиночную цель попасть сложно и морейские чародеи промазали. Жаль. Очень жаль, потому что позже это должно было нам аукнуться.
  Снова я услышал голос Агликано:
  — Офицеры, ко мне! Маги! Берегите силы, они вам еще понадобятся!
  Пошатываясь, я подошел к майору, который находился на краю площадки и внизу увидел тракт. По нему