Последыш Древних

свежая, чистая и красивая.
  — Добрый день, поручик Руговир, — улыбнувшись, сказала она.
  — Добрый, — пробурчал я и спросил: — Где мы находимся?
  — В Сайгаре. Сюда из полевого армейского госпиталя перевезли часть тяжелораненых офицеров.
  — Значит, вражеская столица в наших руках?
  — Да. Рубайятцы сдали ее без боя и даже не стали ничего разрушать. Но про это вы поговорите со своими друзьями, а меня интересует ваше здоровье. Голова болит?
  — Нет.
  — А левое плечо?
  Я пошевелил рукой:
  — Тоже в порядке.
  — Хорошо.
  Она замолчала и я поинтересовался:
  — Что у меня было? Какие ранения?
  — Несколько переломов, сильный ушиб головы и вывих ноги. Но вам, поручик, повезло. Ваш товарищ, кажется, корнет Рок Кайра, дотянул вас до батальона, а на рассвете наши войска прорвались к городу, ворота которого были открыты. После чего всех раненых доставили в полевой госпиталь, который временно развернули возле тракта. А затем, пока вы находились без сознания, вас и еще три десятка офицеров переместили в этот дом, здесь раньше королевский канцлер проживал.
  — Понятно. А давно я у вас?
  — Уже сутки.
  — А кто меня лечил? Наверное, вы?
  — И я в том числе.
  — Благодарю, Юна.
  Девушка кивнула, снова притихла, а потом спросила:
  — Поручик, а вы не знаете, что стало с младшим Эраховым?
   «Сказать ей правду? А смысл? Лучше отмолчаться, ничего не знаю, ничего не видел, так проще».
  — Нет, я потерял нашего общего знакомого сразу, как только мы налетели на вражеский лагерь. А разве его не нашли после боя?
  — Разбор трупов еще идет, но морейцев отыскали всех, кроме Сьеррэ. Он пропал.
  «Видимо, отсиживается где-нибудь на болоте, трусливая сволочь, и думает, какую сказку рассказать своему родственнику», — подумал я, но вслух этого не сказал. А Юна, наклонившись и обдав меня травяными запахами, приложила к моей голове ладонь и сказала:
  — Спите, поручик. Вам нужно отдыхать.
  Я мог прогнать наваждение, связь с магическими потоками восстановилась. Однако я послушно закрыл глаза и заснул…
  Отдых был спокойным и меня никто не тревожил, а проснулся я уже заметно окрепшим и очень голодным. Естественная реакция молодого организма, который при помощи целителей быстро шел на поправку, и дальше все было без неожиданностей. Обед. Прогулка. Сон. Ужин. Прогулка и осмотр, который провел пожилой целитель Данго Арьенте. Кстати сказать, учитель Юны, который с детства опекал и обучал подающую надежды девочку, и смог привить этой взбалмошной аристократке любовь к магической медицине.
  Потом была ночь и единственное, чего мне не хватало, это общения. Хотелось узнать, как проходил бой и что произошло после того как Рок Кайра дотащил меня до своих. Но санитары и сиделки ничего толком не знали, кроме того, что наши войска продолжают гнать разбитого противника к восточной границе. А офицеры, которые находились в соседних комнатах, были в гораздо более тяжелом состоянии, чем я. Поэтому приходилось проявлять терпение и, постояв над кроватью спящего майора Агликано, которому вражеские копья вскрыли грудную клетку, но он выжил, я отправился к себе.
  Ночь пролетела незаметно. Только закрыл глаза, а уже утро. И после завтрака меня вновь навестил Арьенте, который сказал, что в самом скором времени, через пару дней, я смогу вернуться в батальон. А мне, честно говоря, было все равно. Я уже как-то навоевался, и приключений хватало, а в госпитале для офицеров, кстати, он был не единственным, царил покой, и мне здесь было хорошо. Опять же красавица Юна время от времени забегала, а она мне нравилась и я, ни к чему скрывать, хотел бы с ней сблизиться и чтобы у нас появились какие-то отношения. Пусть не любовные, то хотя бы дружеские. И если бы целитель сказал, что мне нельзя покидать госпиталь еще две недели, то я бы не возражал.
  Вот с такими мыслями я вновь упал на кровать и приготовился к тому, чтобы потренироваться в вызове знаков. Однако ко мне пришли гости. И первым, кто меня посетил, был сержант Юссир, тоже раненый, левая рука на перевязи, а на голове повязка.
  Дверь приоткрылась, и в комнату боком проник сержант, который кивнул мне и спросил:
  — Разрешите, господин Оттар?
  — Юссир? — гостю я обрадовался. — Проходи.
  Сержант присел на краешек дорогого кресла с обивкой из красного баирского бархата, и я засыпал его вопросами:
  — Ну, как ты, рассказывай? Что нового? Где наш батальон? Что было? Как до утра продержались?
  Он шмыгнул носом и сказал:
  — Эльвик погиб, господин Оттар.
  Старого дядьку, который занимал в моей жизни определенное место, было жаль. Но когда вокруг гибнут