Пятый сын северного барона, который чувствует себя чужаком среди родни, узнает тайну своего происхождения и отправляется на войну. И эта книга о нем, о его судьбе, о войне с применением магии и секретах Древнего народа.
Авторы: Раевский Максим
меха, драгоценные камни, а так же золотые и серебряные изделия. И только после этого, когда наступил вечер, я мог быть свободен. До утра. Поскольку на рассвете, вместе с кавалеристами Михара должен был снова отправиться в дорогу, в город Савасса. Именно туда, получив через чародеев приказ, выдвигалась сводная группа капитана Агликано.
В общем, день прошел, да хрен с ним — как говорят у нас в армии. И, посетив свою палатку, которую дядька Эльвик поставил там, где расположились всадники Михара, я надел парадный мундир и отправился на другой конец лагеря. Там находилась ставка командующего армии, и проживали люди, которым мне следовало передать письма ротного.
Первый адресат, толстый весельчак барон Гарий Нейсс, находился на месте. Второй, заядлый игрок и знаменитый столичный забияка граф Рикардо Дин, вместе с группой конных арбалетчиков находился на передовой. Ну, а третий, полковник Гнат Сирма, первый помощник главного армейского интенданта, находился в гостях у моего брата Роя, которому предназначалось четвертое письмо. Поэтому я управился быстро и после того как передал старшему родственнику послания Агликано, засел в его просторном шатре, где собралась веселая компания друзей и единомышленников, вчерашних столичных гуляк и гвардейцев, которые подались в армию за деньгами и славой.
Как водится, вино текло рекой, и было много шуток, хвастливых речей и занимательных историй. На меня внимания никто особо не обращал, и я сидел в уголке, тянул неплохое винцо и старался не напрягаться. Короче, грел уши и за полчаса узнал практически все военные секреты. Где и какие части нашей армии. Куда и какими силами наносятся удары. Кто командует армейскими группами и сколько взято трофеев. А потом рядом присел Рой, который начал учить меня жизни.
— Знаешь, братец, а ведь война это золотое дно.
— Для кого как, — я пожал плечами. — Штабные всегда могут озолотиться и нажить капитал, а я всего лишь корнет штурмовой роты.
— Ты прав, — он смерил меня покровительственным взглядом и ухмыльнулся: — Но у тебя есть я, старший брат. Помни об этом и никогда не забывай.
— Хочешь меня в ставку командарма ординарцем или вестовым пристроить?
— Нет. Тебе здесь не место, не приживешься. У меня предложение иное, — он обвел взглядом палатку и достал пахитоску, прикурил ее от свечи и предложил: — Думаю, братец, тебе надо выправить инвалидность и уволиться со службы.
Я удивился и спросил:
— Зачем?
— А затем, что после этого тебя можно пристроить в добровольческую дружину. Сейчас князь Айрик готовит проект, который вскоре подпишет государь, и в дополнение к регулярным войскам в Рубайяте появятся добровольцы.
— Что-то вроде местных Вольных отрядов?
— Да, сходство есть. Наемники на самообеспечении.
— И что это мне даст?
— Многое. Добровольцы не будут получать жалованье, но вместо этого им разрешат не сдавать в казну трофеи.
Схема в голове сложилась моментально и я кивнул:
— Понимаю тебя, брат. Ты при штабе и знаешь, где слабый противник и богатые усадьбы. Туда направляется якобы независимый добровольческий отряд, который на самом деле сформирован тобой и твоими приятелями, и захватывает хорошие трофеи. Работа не слишком рисковая и на этом делается прибыль. Легионеры бьются на фронте и давят врага, а полунезависимые добровольцы подчищают остатки, практически не несут потерь, но имеют много золота. И что интересно, за это никто не несет ответственности. Военные коменданты люди временные и прислушиваются к мнению из ставки, а гражданские чиновники появятся только через пару месяцев. Так?
— Верно мыслишь.
— Нет. Мне это не подходит. Я не могу бросить боевых товарищей и в тылу хабар собирать. Не мое это.
Рой скривился и покачал головой:
— Не торопись. Подумай. Повоюй, покорми вшей, а потом встретимся и опять поговорим. Может, вправишь себе мозги. Ведь война закончится, многие начнут жизнь заново и в этот момент встанет вопрос денег. Кто успел обогатиться, тот уважаемый человек, а кто за одно жалованье рисковал, так и останется на обочине жизни.
— Хорошо, я подумаю.
Брат сделал пару затяжек и пыхнул дымком. А потом к нему подошел слуга, старый и преданный словно пес, дядька Неригерд, человек из родового замка Руговиров и, покосившись на меня, он сказал Рою:
— Господин, к вам посыльный из штаба.
— Эх! — брат вздохнул. — Нет покоя.
Он ушел, а я прислонился к пологу шатра и закрыл глаза. Устал. Ничего не хотелось, и я слушал хвастливые речи прихлебателей князя Айрика, какие они герои. Может грубовато звучит — прихлебатели, но после общения с братом никакого иного определения я им дать не мог. Легионеры
