Последыш Древних

на теле воина было не менее пяти. Результат был достигнут, заклятье сработало, и когда Ютта почувствовал в Эдвуде слабину, он заговорил:
  — Не смей, властитель земной, ругать тех, кто несоизмеримо сильнее тебя духовно. Слышишь меня!?
  Слова вырывались из горла Куйнари, словно змеиное шипение, и аристократ, кивнув, выдавил из себя:
  — Да… Я услышал тебя, чернокнижник…
  — То-то же, — старший ученик оскалился и добавил: — Мы не выполнили наш договор — признаем это. По этой причине не возьмем с вашей семьи плату и уйдем. Тебя это устроит?
  — Нет… Нам нужна ваша помощь и далее…
  — Мне необходимо посоветоваться с главой клана. — Ютта Куйнари посмотрел на своих спутников и кивнул им в сторону обоза, который находился в стороне: — Пойдемте, братья.
  Чернокнижники, спотыкаясь, побрели к своим палаткам, которые охранялись лишенными воли рабами и крупными двухголовыми церберами черного цвета, каждый размером с годовалого бычка. А Ютта, который уходил последним, почувствовал, как силы стремительно покидают его, на ходу достал из сумки склянку с мутной жидкостью и опрокинул ее в рот.
  Горькая настойка провалилась в желудок и Куйнари, подумав о том, что нельзя показывать свою слабость нанимателям, медленно добрел до палатки, вошел внутрь и упал на раскладную походную кровать.
  — Господин, — к нему немедленно бросилась любимая рабыня, белокожая красавица Мэри, которую Ютта купил год назад у некромантов из клана Карандой, — что я могу для вас сделать?
  Когда-то Мэри Апрау была аристократкой, дочерью королевского канцлера, и жила в другом мире. Но это осталось в прошлом. Охотники за людьми, которые работали на некромантов, похитили ее из отцовского дома, а опытные колдуны внушили девушке, что главная цель ее жизни служение господину и беспрекословное выполнение любых приказов. Сейчас господином был Ютта Куйнари, и Мэри была готова отдать за него жизнь. Однако старшему ученику, который чувствовал себя разбитым и уставшим, не хотелось ничего. Поэтому он оттолкнул рабыню ногой и воскликнул:
  — Пошла вон, шлюха!
  — Да-да, господин.
  Полуголая девушка в полупрозрачных шальварах и белом топике быстро закивала, а затем на карачках покинула палатку. А Ютта, оставшись один, встряхнул головой и вспомнил Логио, своего единственного друга. Странно это, некроманты и друзья. Обычно среди чернокнижников, которые группировались кланами вокруг мощных чародеев, дружба расценивалась как слабость, и основным двигателем всех их поступков были зависть и желание стать первым. Но Ютта и Логио были иными. Оба попали в клан Гебариди, когда им исполнилось десять лет и подростки имели схожую судьбу. У обоих матери были потомственными рабынями-морейками, а отцов они не знали. И когда мальчишек купили торговые эмиссары темного чародея, в Шитторо обоих везли в одной клетке. А затем началась тяжкая учеба, во время которой выживали только самые хитрые, сильные и умные, и не раз доведенные до крайней степени истощения подростки подумывали о самоубийстве. Но плечо друга помогало устоять на краю пропасти, дожить до звания полноправного ученика и получить новое имя. А Гебариди, видя это, как ни странно, парней не разъединял и не стравливал. Видимо, ему было интересно наблюдать за учениками, а теперь вот оно как вышло. Ютта жив, а Логио убит, и не в магическом поединке чести с магом из другого клана, а в бою с простыми морейскими арбалетчиками.
  «Смерть это только начало, мой друг, — подумал Ютта, прогоняя образ Логио из памяти. — И умерло только твое тело, а дух будет жить вечно, и ты еще послужишь нашему клану. Возможно, станешь Призрачным Охотником или обретешь новое тело. Какое-никакое, а существование, которое лучше того огненного пекла, которое ждет наши души в аду».
  После этого Куйнари начал проваливаться в сон. Нужно было поспать, хотя бы пару часов, а затем связаться с учителем и попросить у него новых указаний. Но Гебариди вновь сам вышел на связь. Между ним и старшим учеником протянулась защищенная от прослушивания нить, и глава клана, который никогда не баловал своих последователей личным общением, спросил:
  «Ты устал, Ютта?»
  Внутренне Куйнари сразу напрягся. Он почитал Гебариди и одновременно с этим боялся его, ибо старый маг, который помнил еще Морейскую империю и пережил времена жестоких гонений, был непредсказуем и весьма жесток. Поэтому, услышав от него вопрос про усталость или о здоровье ученика, следовало быть особенно осторожным и предельно честным.
  «Да, учитель, устал. Но я готов выполнить любой ваш приказ».
  «Хороший мальчик, — посыл мастера был приправлен усмешкой, и он продолжил: — Слушай и запоминай меня, старший ученик».