Последыш Древних

Вайда. Но это продолжалось до тех пор, пока они не освоились и не поняли в чем сила и слабость северных магов. И когда братья-чародеи умерли, а власть над народом Вайда перешла в руки их детей, многие из которых большую часть своего времени проводили в эльфийских лесах, нелюди нанесли удар в спину. Сразу несколько чародеев Вайда, находясь в гостях у друзей, погибли от яда или удара кинжалом в спину, а еще несколько были захвачены в плен и стали заложниками. А затем войско эльфов и гномов, собрав огромную армию людей, которые спустя сотни лет после переселения были уверены, что все зло в мире от моих предков, двинулось на север…
  — Тук-тук-тук! — вырывая меня из состояния полусна, раздался стук в дверь.
  — Кто там!? — откликнулся я.
  Мне ответил Эльвик:
  — Господин Оттар, там майор Агликано, вас спрашивает.
  — Иду!
  Во двор я спустился через несколько минут и здесь обнаружил не только майора Агликано, но и большинство офицеров батальона, которые улыбались и были настроены весьма добродушно.
  «Чего это они, — промелькнула у меня мысль, — может рубайятцы капитулировали и войне конец? Это, конечно, невозможно. Ну, а вдруг?»
  Однако дело было в ином и майор, хлопнув меня по плечу, сказал:
  — Поздравляю, Руговир.
  — С чем? — отозвался я.
  — Пришел приказ о присвоении тебе звания поручик.
  — Наконец-то, — я улыбнулся и спросил комбата: — А что дальше?
  — Дальше как обычно. Ждем от тебя праздничный стол. Сегодня вечером, потому что завтра снова в дорогу. Ясно?
  — Так точно.
  — Тогда готовься. Как начнет смеркаться, мы придем. Верно, господа?
  Офицеры батальона подтвердили слова Агликано, а затем поздравили меня с повышением. За тот недолгий срок, что мы вместе, нам пришлось через многое пройти, и они стали моими друзьями. Что будет потом, никто не знает, и как сложатся наши судьбы, неизвестно. А сейчас офицеры одна семья, которая имеет общие цели, и самая главная, разумеется, победа над врагами Великой Мореи.
  Вскоре боевые товарищи разошлись, а я крепко задумался. Необходимо накрыть стол, тут все понятно, ибо это традиция. Однако если с продуктами в батальоне положение терпимое, есть вяленое мясо, мука, соленая рыба и крупы, то с выпивкой совсем туго, а выпить нужно. Следовательно, кровь из носу, а до вечера требовалось достать и поставить на праздничный стол не меньше двадцати бутылок вина. А его нет и это проблема.
  — Поздравляю вас, поручик, — ко мне подошел незнакомый корнет, стройный шатен, слегка за тридцать, в чистом мундире и коротким клинком на боку.
  — Благодарю.
  Я кивнул и он представился:
  — Корнет Рок Кайра, командир второго взвода первой штурмовой роты, прибыл на смену Гуннару Виниору.
  — Оттар Руговир.
  Разговаривать с Кайрой было некогда, и я собрался сразу уйти, а затем вызвать сержантов, чтобы поставить перед ними «боевую задачу» — изыскать внутренние резервы и достать алкоголь. Но корнет спросил:
  — Руговир, а почему офицеры батальона ходят с не уставным оружием? Положен пехотный гладий, а у всех длинные мечи, кацбальгеры, скьявоны, скьявонески, спаты или рапиры, а кое у кого я даже секиры видел.
  Пришлось ответить:
  — Гладий хорош для линейного строя, а мы штурмовики. Нас куда кинули, там и деремся. Полевых сражений, чтобы армия билась против армии, пока не было, а личное оружие надежней.
  — Понятно. А не подскажите, где можно раздобыть хороший клинок?
  — Рапира подойдет? — вспомнив о своем трофее, я вопросительно кивнул.
  — Смотря какая.
  — Стандартная, но ковка не морейская, а гномская. Отличный клинок.
  — Надо посмотреть.
  — Пойдемте.
  Смотрины трофейной рапиры много времени не заняли. Такое оружие в Алькантаре могло бы стоить сотню альго, а я отдавал меч за полсотни. Однако у Кайры с деньгами было плохо. Рапира ему понравилась, это я заметил. Но он мялся, а потом сделал предложение, от которого я не смог отказаться:
  — Поручик, у меня только двадцать пять монет, половина от предложенной вами цены. Однако мне не хотелось бы, чтобы на загривке повис долг, и вторую половину суммы я мог бы покрыть хорошими продуктами и вином. Есть рикийский сыр, дорамская ветчина, добротная солонина из Виттенгарда и сорок бутылок превосходного сегорийского с виноградников графа Деншо.
  «Вот так удача», — промелькнула у меня мысль и я спросил:
  — Откуда у вас такое изобилие?
  Он пожал плечами:
  — Делал запас на долгий срок, а в Пирку добирался с обозом, так что смог все довезти. А сюда приехал, огляделся и понял, что война идет всерьез и гулянки редкость. Поэтому лучше сразу свой запас выставить. Пусть не от себя,