Посох для чародея

страх куда-то подевался. Усталость притупила все ощущения.
— А вот сейчас должен явиться настоящий злодей,- проворчал я,- и прикончить ослабевшего героя. Это называется драма. Хотя какой из меня герой?
— А если злодей не будет добивать героя? — прошелестел надо мной тихий голос.
— Тогда вообще Мрон знает что получается,- скривился я.
Он материализовался рядом со мной. Высокий, сухощавый, черноглазый и черноволосый, нос с горбинкой, взгляд усталый, грустный. Присел, задумчиво посмотрел на меня.
Я отодвинулся, опасливо глянул: а вдруг кусаться начнет, как та тварь. Хотя, если и начнет, я все равно сделать ничего не смогу, меня сейчас и котенок на обе лопатки положит.
— Действительно, Мрон знает что… — он смущенно улыбнулся,- но нам выбирать не приходится. Это ведь не книга и не пьеса… тут все через… гм… ну ты понял.
— Ну да,- согласился я.- Но мы все стараемся жить по-книжному, ведь только в книгах есть герои без страха и упрека, только там есть абсолютное зло и вселенское добро…
— Но жизнь все равно не книга,- он одобрительно хмыкнул.- А ты понял мою мысль.
— На поверхности болталась, осталось ухватить,- я пожал плечами, поморщился: острая боль пронзила позвоночник.- Так что, есть не будешь?
— Ты невкусный,- уже открыто ухмыльнулся он.
— Твоя подружка так не думала,- я поежился, оглянулся на кучку золы у стены.
Он помрачнел, судорожно сжал кулаки, черты правильного лица заострились.
— Я любил,- тихо произнес он.- Но в тот день все пошло наперекосяк… Сыночек старосты воткнул мне нож в спину, а ее изнасиловали всей деревней, потом иыжгли глаза… Я должен был отомстить! И отомстил.
— А сейчас что-то изменилось? — спросил я. Мертвый маг пожал плечами, устало вздохнул.
— Все изменилось. Изменился я, изменился и мир, в котором мне уже не место, но почему-то все торчу тут… первое время мучил этих деревенских бедолаг, а потом надоело. Надоело быть не живым и не мертвым. Поэтому стал ждать мага, что сможет…
— А сам ни-ни? — поинтересовался я.
Он развел руками, скривился — никто не любит признавать свою слабость и ошибки.
— Она меня не отпускала. Я ведь ученицей ее хотел сделать, талантливая девочка была. Но когда все произошло, моя Сила сделала из нее чудовище.
— А сейчас?
— А сейчас я свободен,- он печально улыбнулся.
Я с кряхтением поднялся, охая, ахая и ругаясь. Все тело в ссадинах, синяках, в груди печет — то ли от дыма, то ли от перенапряжения. Глаза режет, кровоточат искусанные от страха губы.
Мертвый маг подошел к остаткам моего посоха, долго ходил вокруг, цокал языком, хмыкал, кривился. Наконец странно посмотрел на меня — то ли с жалостью, то ли с презрением в черных глазах.
— Я так понимаю, чародеи вырождаются?
— Специализация,- буркнул я угрюмо.
Он кивнул, еще раз осмотрел обгоревший посох.
— Помню-помню… — задумчиво произнес он — Из-за этого я и появился здесь. Совет принял решение преобразовать Орден в Школу Магии. Я не стал спорить. С фанатиками вообще бесполезно говорить. Ушел к надежде создать новый Орден. Но глупо погиб. А теперь Искусству конец.
— В смысле? — Моя челюсть отвисла, глаза полезли на лоб.- Ты хочешь сказать, что…
— Ну да,- отмахнулся он — Ты правильно понял, вообще все на лету хватаешь… Стал бы хорошим учеником.
— А что с Искусством?
— Да ничего,- он остановился, хлопнул в ладоши.- Лет через сто половина из вас станет базарными фокусниками, вторая половина — обычными ремесленниками. Я предвидел это. Хотя…
Он задумчиво посмотрел на меня, потом на останки посоха. Я ощутил смутное беспокойство -Что?
— Все можно еще изменить,- он хохотнул, самодовольно щелкнул пальцами.
— Каким образом? — изумился я.
— Очень просто. Вернуть старые знания, слить с новыми, заново создать Искусство.
— И как ты собираешься?..
Мертвый маг подошел, пристально посмотрел мне в глаза.
— Тебе ведь крестьяне обещали мой посох и книгу?
— Ну да, было такое… — кивнул я недоуменно,- но я не понимаю…
Он исчез, а когда материализовался вновь, то держал в руке старый, почерневший от времени посох и внушительных размеров книгу.
— Держи! — решительно сказал маг.- Это твое по праву.
Я моргнул, промычал что-то нечленораздельное, слишком изумленный, чтобы сопротивляться. Но посох и книгу взял, успел удивиться их тяжести…
— А теперь уходи! — Маг сделал движение пальцем, и дверь с треском разлетелась в щепки.
— Но… — запротестовал я.
— Скорей беги отсюда! — сказал мертвый чародей. Его тело стало истончаться, сделалось прозрачным, невесомым.- Светает. Если не успеешь уйти