Посох для чародея

сверкали яростным огнем. Да, такой пойдет до конца н«| всем. Отдаст жизнь за свои убеждения. Он лучше меня чище и выше. Я тварь, а он Человек.
— Наш край отличается от всего остального мира, неуверенно сказал я.- Мы дальше пошли по пути циви лизации.
— Ну-ну,- усмехнулся Шед.- Какие же блага дает нам ваша цивилизация?
— Свободные Земли богаче остальных королевств, у нас мет голода и войн, мы развиваем пауку, торговлю, 11 х пику, каждый человек умеет читать и писать… — я не
держался, в голосе все же прорвалось тщеславие и гор-1КШЯ. Губы сами собой растянулись в улыбке: хоть в им-то рыцаря уем. Я умолк, а Шед тут же подхватил:
— …Ваши женщины настолько распутны, что похожи па шлюх. Хотя вру, в Нгаре даже проститутки целомудренней, чем ваши девушки. Ваши мужчины — жирные
виньи, не могут защитить ни себя, ни свою честь, ни кчтьженщины. Вам не знакомы понятия благородства И верности слову. Вы мните себя венцом творения, но
нию опустились к уровню животных. А может, и гораздо ниже.
Я поморщился. Рыцарь явно преувеличивает. Но в чем-то и прав. Мы совсем зажрались со своими свободами, равноправием полов и прочим. Все покупается и 11 родается, люди скоро души Мрону станут напрокат давать. Раньше, судя по хроникам, разногласия решали маги, как самые честные и правдивые судьи. Сейчас в Генте есть целая палата продажных до мозга костей юристов. А остальное… Модники хвастаются своими I равагантными любовными победами — один с мальчиком переспал, другой старушку соблазнил, третий i (астрами и матерью балуется. Знакомая рассказывала,
какие замечательные отношения у нее с мужем. Свобод -Ные. Спят с кем хотят, а вечером на семейном ложе рассказывают друг другу, скольких затянули в постель, кто кого соблазнил, в какой позе и сколько раз. Так что рыцарь прав, еще как прав…
— Что поник? — усмехнулся Шед.
— Ты выиграл,- признал я.- Но что же делать?
— А я почем знаю? — рыцарь пожал плечами.- Ваша [ля, вам и решать. Тебе могу дать лишь один совет.
Будь мужчиной! Будь человеком! У тебя ведь получается. Иди дальше, не оглядывайся на утонувших в дерьме Учись древней магии, стань сильным. И тогда люба* тварь пожалеет о том, что посмела на тебя вякнуть.
— Ты прям как духовник,- я скривил губы в улыбке и засмеялся, но как-то ненатурально, слишком уж наш ранно.
— Я рыцарь,- твердо сказал Шед.- А это обязывает|
— Ну а как же гуманизм? — сделал я последнюю попытку защититься.
— Гуманизм… гм… а что это такое? — Шед развел р| ками,- Я человек дикий, читать-писать не умею. И та ких мудреных слов не знаю. Моя правда — честь, мои аргумент — меч в руке. Кто против, тот получит по па глой рыжей морде. Или не рыжей, неважно.
— Хм, интересный подход,- признал я.
— Самый правильный! — убежденно сказал рыцарь.- Только так и нужно.
Я встал с камня, оперся о меч. Сразу же заныли многочисленные раны, накатила чудовищная слабость. Во мне не осталось ни страха, ни отчаяния. Слишком ус тал для этого. Глянул вверх. Небо постоянно притягивав! взгляд, вселяет в душу тоску. Эх, сейчас бы оказаться | лесу, на берегу озера, окунуться в чистые прохладные воды и лежать, отмокать постепенно. Очень хотелось пить, распухший язык едва ворочался во рту. Я облиз-нул шершавые губы, сглотнул густую, как грязь, слюну.
— Воды не осталось? — спросил я у рыцаря. Он покачал головой, встряхнул пустую флягу.
— Тогда пойдем,- предложил я.
— Пойдем,- согласился он.
Шед с трудом поднялся, его качнуло. Я поддержал, усмехнулся про себя. Скис наш железный парень. Стер жень в нем стальной, но шкурка мягкая, куснешь — сра зу дырка.
Направления особо не выбирали, побрели куда гла глядят. В этом мире все чужое, незнакомое. Привычных
ориентиров нет. Так не все ли равно, куда идти. Рыцарь был бледен, едва заметно морщился, хватаясь за левую руку. Я глянул и ужаснулся — металл доспеха сильно искорежен, кое-где даже разорван, как бумага. Кровьсо-чится из-под повязки медленно, неумолимо. Если так пойдет и дальше, рыцарь упадет в обморок. Я и сам ослаб. Но мне помогал меч, плетение все еще работало, наполняло меня силой. Если бы не это, я и пальцем не смог бы пошевелить. А так шел, придерживая рыцаря за плечо, чтобы не упал.
Переползая с камня на камень, мы кое-как прошли руины. Дальше местность была холмистая, пустынная. Повсюду оплавленные камни, части каких-то непонятных металлических конструкций, кучи мусора. Мы побрели по едва виднеющейся среди этого бедлама тропке. Опасно, конечно, тут могли ходить местные хищники или нежить, но нам выбирать не приходилось. Я хо- ел вновь сплести защитные заклинания, но потом прислушался к себе и отбросил эту мысль. Слишком уж истощен был,