Посох с проблемами

Кап. Кап. Кап-кап-кап. Плюх! Ржа!
— Фил, ну ты и мстительная сволочь. Нахрена ты его утопить пытаешься? — раздался знакомый женский голос над головой.
— Упс. Не рассчитал маленько, много налил. Ди, выплывай! Чего разлегся, в луже холодно и мокро. Пошли лучше домой, там сухая теплая постелька, отварчик. Я тебе за рукоять дам подержаться, м?
Филициус
Ме-лан-хо-лия. Странное слово. И, кажется, оно не сильно соответствует моему состоянию. Я не испытываю ни капли гнева или обреченности, да и мир вокруг кажется не то, что черным, а каким-то приглушенно серым. Тогда, возможно, тоска? Старая, добрая знакомая, что посещала каждого. Когда краски вокруг размываются в единое нечто, когда внешний мир перестаёт существовать и на разум волной накатывает апатия. Все, что находится вне пределов твоего зрения перестаёт существовать. Все друзья, знакомые, близкие кажутся такими далекими, а то и вовсе нереальными, как дивный сон, однажды увиденный в детстве. А были ли они у меня, эти друзья, близкие? Что то мелькает на краю сознания, будто скрытые кадры, но я не помню… не помню что было до этого момента.
Есть только сейчас. Только эта прекрасная громада космоса, выглянувшая из за серой дымки и сейчас приветливо сверкающая мне звёздами. Только этот поток жизненной энергии, родной, согревающий… как руки матери. Глаза закрываются сами, пространство убаюкивает словно огромная колыбель.
Чувства усиливаются, по телу пробегает волна холода, а дыхание практически останавливается. Странные ощущения. Приятные? Возможно. Нет, скорее умиротворяющие.
Кто я? Личность? Ха…действительно ли? А может просто самая ничтожная часть? Одна из миллиардов песчинок в бесконечном потоке вселенной. Но в то же время, я ведь тоже могу быть отдельной вселенной. Забавное противоречие.
— Действительно, — раздался голос позади меня. Похоже, я заснул. Иначе как ещё можно услышать в вакууме свой собственный голос, если даже не открывал рта, я уже не говорю о том, чтобы двигаться.
— Молчишь? Возможно, это Правильно. Слова тут не нужны… — голос стал ближе, а затылка коснулось чужое дыхание. Щекотно.
— Не обернёшься? Не страшно? — я мысленно хмыкнул. А чего бояться маленькой песчинке? Разве сейчас я могу что то изменить? И есть ли смысл опасаться богу?
— Ты необычное Оружие. Действительно считаешь себя богом? Так искренне? — в интонациях скользнуло недоумение вперемешку с весельем.
А разве это не правда? Конечно, бог, творец, создатель. И это даже не считая тех миров, что рождаются и умирают у меня в голове день ото дня.
— Аквариум… — прочитало мои мысли нечто. Да, аквариум, клетка с декоративными цвирками. А ведь есть ещё низшие расы, или вообще создания, что меньше пыли…
О, точно, ещё, кажется, благодаря видениям я мог менять реальность. Разве не бог?
— Так вот почему я не чувствую в твоих словах ложь. — засмеялся голос. — Я уже подозревал что мы оба сошли с ума.
— Я стараюсь никогда не лгать, — подтвердил я, — Могу недоговорить или показать иную сторону медали, но лгать… это практически физически больно, — голову снова пронзили неуловимые кадры, кажется, из прошлого. Вернуться? Куда я должен вернуться?
— Что ж… ты, действительно необычный выбор этой вселенной. Не могу сказать — лучший или худший, станете ли вы втроём великими или приведете призму к гибели, но… Да, — я отчётливо «увидел» как что то за моей спиной кивнуло, — Мне уже интересно посмотреть.
— Я рад, — кажется, моё поведение его обрадовало. Я сделал кого-то счастливее, приятно, ржа. Но отрывать свою голову от необычайно мягкой постели-вселенной все так же не хочется.
— А теперь, будь добр, Филициус из клана Гаросса, хватить дрыхнуть в потоке душ и марш к своим обязанностям! — нечто огромное и ехидное дало мне смачный пинок под зад. Вселенная закрутилась перед глазами, картинки воспоминаний тоже встряхнулись и начали соединиться в единую картинку.
— Ну спасибо, ваше Прародительтво. — буркнул я, приводя кашу из мозгов в порядок.
— Всегда пожалуйста, потомок, — махнул тот рукой, пытаясь раствориться в небытие.
— Эй! Погоди! Мастера-то отдай!!! — до меня вдруг резко дошло, что Таири со мной нет… вообще нет!
— Смотри, спохватился. Я думал, не вспомнишь. Тут дело такое — она не слишком хочет возвращаться, потому что основное сознание Швеи — это она, и она… слишком чужая этой вселенной. И вряд ли ты один ее уговоришь. Только если вдвоем.
— С кем вдвоем? — озадачился я. — С вами?
— Да щас, что ж я тебе, педофил что ли, с собственными пра-пра-пра-пра-какими то внуками спать? — фыркнул Прародитель. — Вспоминай. Если успеете — будете вместе.