Александр не был хорошим человеком. Он решил изменить свою жизнь и ушел в новый мир. Там он стал убийцей и бандитом, и у него это хорошо получилось. Потом он стал предпринимателем. Но ему все равно пришлось убивать, потому что в этом мире выживают только сильные. А потом оказалось, что хороший убийца может стать уважаемым человеком, если будет уничтожать плохих убийц.
Авторы: Леонидович Дмитрий
есть потери.
– Мы встретили и уничтожили машину, и еще пару пеших беглецов, – сообщил лейтенант.
– Там было больше пеших, но это не важно.
Подошел Корнев.
– Не вешайте нос, партизаны, – увидев наше состояние устало успокоил нас майор. – Так всегда бывает, если так много людей участвует в бою. Вступает в силу статистика. Десяток жизней против пяти сотен – неплохой размен.
– В ночном бою мы не потеряли никого, а там была почти сотня.
– В ночном бою мы напали неожиданно. И то нам повредили машину, а это могло плохо кончиться. Здесь противник готовился к бою. И, честно говоря, – перешел он на русский язык. – Городские патрульные – воины так себе. Бандиты были заметно лучше их. Вам тоже есть, куда расти, но рефлексы у вас правильные. А у них нет этого. С такими воинами, как они, я бы ночью в город вообще не полез.
– А с нами почему полез? Ты же нас не знал почти.
– А мне дали информацию на вас, из каких переделок вы без потерь выходили, как по официальным данным, так и недоказанные случаи.
– Беляева, что ли?
– Она, – улыбнулся майор. – Жуткая стерва, много накопала.
Палмер общался с Машей и Наташей, Виталий и охотники тихо беседовали между собой. На наш разговор никто не обращал внимания.
– Недоказанные случаи тебя не смущают? – захотелось мне узнать мнение майора.
– Ты о предполагаемом бандитизме, или об исчезновении группы охотников, а потом сразу трех банд, которые работали на Толстого Мо?
– По совокупности, – сделал я обтекаемый жест.
– По совокупности я в чужие дела не лезу, если они меня не касаются. Сейчас я вижу, что ты делаешь хорошее дело. Если начнешь делать плохое, – тогда, может, и вспомню о сомнительных случаях. И люди в Протекторате, которые с вами деловые контакты ведут, так же относятся к твоим делам.
– Только мне любопытно, – спросил Корнев. – Чем провинился тихий торговец, умерший в городе от двух пуль из «Винтореза». Он в общую картинку не укладывается.
– Чисто гипотетически тихий торговец мог организовывать из переселенцев-преступников банды и скупать у них добычу, отнятую у переселенцев на дороге. И, совсем уж гипотетически, он мог, когда мы начали уничтожать банды, организовать пару нападений на нас.
– Ну и земля ему стекловатой, – подвел итог майор.
Девушки вспомнили о багажном ящике грузовика, который хранил много полезного, и добыли оттуда пару бутылок вина. Немного на такую толпу, но что есть. К нам подтянулись люди майора, у них оказался коньяк во фляжке. Джек принес виски. Получилось по немного, но хватило всем.
Патрульные сбились в несколько своих групп, и тоже пили, у них для этого были печальные поводы.
***
Общение прервал патрульный из команды Джека. Он пригласил нас с майором в MRAP, принять участие в видео конференции. Там на экране ноутбука нас встретила довольная Светлана Беляева.
– Господин майор, господин Мясник, вас можно поздравить с успешной операцией?
– Здравствуйте, Светлана. Да, около пятисот человек банда потеряла сегодня. Их предполагаемые силы сократились примерно до трех сотен бойцов. С такими силами они не смогут даже удерживать постоянный контроль над уже захваченными пунктами города, – это майор отчитался.
– Это хорошая новость, очень хорошая. Но это еще не конец. Теперь важно не терять темпа, иначе мы можем получить много жертв среди населения.
– У нас нет сил для того, чтобы что-то серьезное сделать в городе. Есть группа Мясника, из которой только четверо серьезные бойцы, есть мои люди, нас четверо, есть взвод штурмовиков капитана Лесникова, который сидит пока на аэродроме. Его можно эффективно использовать при штурме единичных зданий, но если придется с боями идти через весь город, он просто не пройдет. Еще есть городской патруль, частично потрепанный, частично охраняющий сам себя, есть пара броневиков от охраны баз. С такими силами идти на штурм мы не можем.
– Но что-то делать надо. Пока бандиты не поняли, что их силы уничтожены.
Логика в словах Беляевой была. Ее управленческая хватка была неудобна для исполнителей, но эффективна. Если потерять этот вечер, бандиты придумают, как действовать, и обстановка изменится. Банда перегруппируется, может, будут новые жертвы. А пока они не знают и ожидают.
У меня начала зарождаться идея. Я вспомнил, какие потери несли банды на дороге, если им не повезло напороться на местного жителя вместо беззащитных переселенцев.
– Простите, что вас отвлекаю, – начал я. – У меня есть вопрос. В городе примерно сотня тысяч постоянных жителей мужского пола с оружием, многие из них умеют и не боятся стрелять. Почему мы должны за них воевать? Давайте их используем.
