Александр не был хорошим человеком. Он решил изменить свою жизнь и ушел в новый мир. Там он стал убийцей и бандитом, и у него это хорошо получилось. Потом он стал предпринимателем. Но ему все равно пришлось убивать, потому что в этом мире выживают только сильные. А потом оказалось, что хороший убийца может стать уважаемым человеком, если будет уничтожать плохих убийц.
Авторы: Леонидович Дмитрий
у симпатичной девушки сломалась машина, просит подвезти в город… Неужели здоровый мужчина откажет?
– Так тогда их на посту должны были по ID вместе зарегистрировать.
– А если уже после поста, на площадке, где оружие снаряжают?
– Да ну тебя. Ты уже три месяца, как не бандит, а планы убийства такие придумываешь, что я тебя опасаться начинаю.
– Знаешь, Маш, а мне, кажется, скучно быть просто поставщиком мяса. Вот придумывать, как можно убивать людей, мне интересно.
– Ты держи себя в руках, ладно? В крайнем случае, каких-нибудь бандитов давай убивать. Тут их хватает.
Грузить труп знакомого Джека в кузов и везти его на базу я не решился. Очень уж грязная работа получалась. Не настолько мне был дорог покойник. Ограничился фото трупа и, крупным планом, раны на голове. А вот проехаться по следам машины, уходящим дальше в саванну, стоило. Вот мы и поехали. Только поменялись местами, я встал с «Барретом» в кузов, а Маша села за руль.
***
Ехать пришлось долго, почти час. На горизонте уже появился берег моря, здесь он подходил к дороге гораздо ближе, чем в районе нашего лагеря. В бинокль я разглядел крыши нескольких машин. Все-таки 15-кратная оптика в некоторых случаях дает преимущество, – даже если кто-то и сторожил подъезд к лагерю, в более слабый бинокль или прицел он нас увидеть еще не мог. Наш грузовик, кроме крыши кабины и меня, вообще для него был еще за линией горизонта.
– Ну что, сейчас до целей километров пять, а может и больше. Там несколько машин стоит посреди саванны. Пешком пойдем? – сказал я в окно Маше.
– Да ну, не-не-не. Давай подъедем на километр, и кто не спрятался, мы не виноваты. Место открытое, если у них нет крупного калибра и хорошего снайпера, то преимущество у нас.
– А если есть?
– А если есть, тогда внимательно наблюдай и стреляй первым. Нет, сначала крикни, чтобы я в траву спряталась, а потом уже стреляй. Это просто бандиты, а не секретный штаб противника.
В принципе, логика в словах Маши была. К тому же, судя по стилю нападения, бандитов там не должно оказаться много. Чтобы завалить очарованного самца, достаточно и одного-двух человек. Максимум трех, двое в машине жертвы, еще один страхует на своем транспорте.
– Ладно, едем тихим ходом на дистанцию в два километра, дальше пешком, – решил я. Если бы у них был такой снайпер, чтобы представлять опасность на такой дистанции, они бы как-то по-другому нападения проводили. Ни к чему им были бы хитрости с посадкой в машину.
Доехали и выгрузились без приключений. С двух километров видно было лагерь из пары палаток, четыре внедорожника, поставленные так, чтобы прикрывать палатки сзади и с боков, площадку перед палатками, пару человеческих фигур на ней.
Маша взяла свой любимый русский автомат, я – винтовку, и мы выдвинулись пешком поближе. С километра удалось рассмотреть пару женских фигур на площадке посреди лагеря. Кажется, они лежали обнявшись. Точно сказать я не мог, подробности мешала рассмотреть трава вокруг лагеря.
– Давай еще ближе, на семьсот метров.
С новой дистанции я хорошо видел очертания тел и был уверен, что смогу попасть.
– Ма-а-а-ш, – извиняющимся тоном обратился я. – У нас проблема.
– Что? – всполошилась девушка.
– Мне нужен упор для стрельбы. И этим упором будет твое плечо.
– И в чем проблема?
– Сейчас поймешь, солнце мое. Становись лицом ко мне. Теперь открой рот и закрой уши. Нет, левый локоть чуть выше, ты прицел перекрыла.
Прицелился, выстрелил, быстро перезарядился и выстрелил еще раз. Из палатки выскочила еще одна женщина, увидела трупы и застыла в ступоре. Я выстрелил в нее, ее тело отбросило на палатку.
Понаблюдал в прицел. Движения в лагере не заметил.
– Ну, что, пошли смотреть.
– Неприятное ощущение, когда по ушам бьет, – Маша говорила слишком громко, почти кричала, не замечая этого.
Через пару минут уже обычным голосом:
– А представь, если мы ошиблись и убили мирных туристок! – без особых сожалений предположила девушка.
– Тогда мы ненадолго станем бандитами, ограбим лагерь и никому не скажем о таком постыдном факте. Но я думаю, мы найдем достаточно доказательств.
***
В лагере мы нашли много всего.
Центром композиции были две полураздетые женские фигурки, лежавшие рядом на надувном матраце. Одна смуглая и темноволосая, с плотной фигурой, вторая вся такая нежная и светлая, очень молодая. Еще одна женщина, постарше и пополнее, наполовину завалилась внутрь палатки.
– Ну вот, лесбиянки, – прокомментировала Маша. – Сексуальные отклонения – это зло. А та, которая беленькая, красивая, жаль ее.
– А ты же тоже вроде не против поласкаться
