Лорен Холбрук, сирота, воспитанная епископом и его женой в самых строгих правилах, и Джеред Локетт, известный повеса и прожигатель жизни, встретились при весьма неожиданных обстоятельствах Смогут ли они понять, что их встреча не случайна, что они созданы друг для друга? Сумеют ли удержать птицу счастья, которая мало кому дается в руки?
Авторы: Сандра Браун
мое мнение, и твой отец хотел ее построить.
– Бен не был настолько в ней заинтересован, чтобы позволить себе вступить в сделку с таким вором, как Вандайвер.
– Джеред, твоя мать пытается объяснить тебе, что нам стоит пожертвовать малым, чтобы получить большее.
Карсон смотрел на молодого человека почти умоляюще.
– Я знаю, почему ты не хочешь построить запруду даже на самом маленьком притоке Рио-Кабалло. Некоторые фермеры и скотоводы пострадают от этого, но мы сделаем для них все, что в наших силах. Мы не собираемся их разорять.
Джеред внимательно смотрел на Карсона, пока тот говорил, выражение его лица не изменилось, оставаясь таким же непреклонным, как и вчера вечером. Он сжал зубы, и Лорен заметила, как заиграли желваки у него на скулах.
Опустив голову, Джеред помешивал кофе и молчал. Глубокая морщина пролегла между сурово сдвинутыми бровями. Когда он снова поднял голову, лицо его совершенно преобразилось. Оно выражало упрек и отвращение, когда он переводил взгляд с матери на Карсона, и наконец опять приняло равнодушно-непроницаемое выражение.
– Делайте что хотите. Мне плевать. Вы оба вполне достойные партнеры Вандайверов, – с вызовом произнес Джеред, пожав плечами.
Он поставил чашку на стол и сделал движение встать, но Оливия удержала его:
– Постой, Джеред. Боюсь, все не так просто. Сядь. Его решительное лицо выразило нетерпение, но он послушно уселся, положив ногу на ногу.
– Похоже, Джеред, твое отношение к строительству дороги очень интересует тех, кто собирается вложить деньги в этот проект. Твое вчерашнее поведение уже стало достоянием гласности. Не сомневаюсь, что оно только упрочит их нелестное мнение о тебе. Ты должен поддержать этот проект или хотя бы делать вид, что поддерживаешь. Строительство электростанции так же, как и строительство железной дороги, нуждается в твоем благословении, особенно теперь, когда ты наследуешь дело своего отца.
– Наследую? Да это курам на смех, – пробормотал он язвительно.
Оливия не обратила на замечание сына ни малейшего внимания.
– Конечно, Карсон и я будем вести дела до тех пор, пока ты не почувствуешь, что готов принять ответственность на себя. Но в глазах общества ты обязан выглядеть достойным продолжателем дела Бена Локетта, и этот образ должен выглядеть убедительно.
Оливия, сделав многозначительную паузу, продолжала:
– Вот почему мы считаем, что тебе следует как можно скорее жениться… И жениться на мисс Холбрук.
Ее последние слова повисли в воздухе, как бы поддерживаемые потоком различных эмоций, охвативших собравшихся в кабинете людей.
Кровь застучала в висках Лорен, в ушах зазвенело, ей показалось, что внутри у нее полыхает огонь, в то время как тело покрылось холодным потом.
Оливия по-прежнему оставалась безмятежно-спокойной. Она сидела невозмутимая и царственная, ожидая, пока верноподданные попросят ее вернуться к обсуждению важных государственных вопросов Взгляд Карсона метался от Лорен к Джереду и Оливии и снова возвращался к Лорен. Он не мог понять, какое впечатление произвело на девушку заявление Оливии. Она смотрела прямо перед собой, будто все чувства оставили ее.
Реакция Джереда удивила всех. Он вскочил и забегал по кабинету, сотрясаясь от приступа неудержимого смеха. Он хохотал, пока совсем не обессилел, уронив голову на подоконник.
Наконец, сделав несколько глубоких вздохов, он смог произнести:
– Ты не могла сказать это серьезно! Жениться на мисс Холбрук! Да я в жизни не слышал более веселой шутки и никогда так не смеялся.
Джеред вытер выступившие на глазах слезы, в эту минуту, как показалось Лорен, он стал поразительно похож на Бена. И только это воспоминание затронуло ее потрясенное сознание.
Оливия совершенно не смутилась и спокойно ответила:
– Я вовсе не шучу, Джеред, и, думаю, ты поймешь почему, если дашь мне закончить и все объяснить.
– Я не нуждаюсь в объяснениях, мама. Это абсурд! – вскричал Джеред. Он указал пальцем на Лорен:
– Да у нее еще молоко на губах не обсохло.
– Мисс Холбрук уже двадцать. Бен говорил мне…
– Я говорю вовсе не о ее возрасте. Я говорю…
– Знаю, о чем ты говоришь, – заметила Оливия. – Это весьма не похоже на то, что ты заявлял раньше. Помнится, ты обвинил отца в том, что он тащит в дом свою шлюху, когда Бен рассказал нам о ней.
Лорен буквально задохнулась от гнева» потрясенная такой несправедливостью. Ведь Джеред даже не был с ней знаком! Какое право он имел так думать о ней! Прежде чем она успела набрать достаточное количество воздуха, чтобы выразить свое возмущение, Оливия снова заговорила:
– Мы сочинили достаточно правдоподобную историю о том, что она сестра
