Лорен Холбрук, сирота, воспитанная епископом и его женой в самых строгих правилах, и Джеред Локетт, известный повеса и прожигатель жизни, встретились при весьма неожиданных обстоятельствах Смогут ли они понять, что их встреча не случайна, что они созданы друг для друга? Сумеют ли удержать птицу счастья, которая мало кому дается в руки?
Авторы: Сандра Браун
его. У него был друг, отец которого владеет ранчо к западу от Кервилля. Алекс Крейвен и Джеред были друзьями с детства. Они попали в армию в одно время и оказались в одном батальоне. Алекса убили. Джеред считал, что его смерть явилась результатом ошибки командира и что его друг был принесен в жертву без всякого смысла. Он до сих пор мучается ночными кошмарами: ему снится день этого сражения. – Смерть Алекса глубоко потрясла его, но Джеред не делится своими переживаниями, держит это в себе, глубоко внутри. Он никому не раскрывается до конца.
– Я начинаю думать, что у него и нет ничего внутри, ничего настоящего. Каждый раз, когда мне кажется, что я наконец поняла, разгадала его, я сталкиваюсь с еще одной тайной его натуры, – сказала Лорен. – Какой он, человек, за которого я вышла замуж?
– Он очень хороший человек, Лорен. Наступит день, когда вы его узнаете. Я в этом уверена.
Мария похлопала Лорен по руке и встала, чтобы скрыться в комнате, которую она делила с Беном и в которой закрывалась от мира, отгораживаясь закрытой дверью.
– О нет! Погляди, что я натворила! – воскликнула Лорен. Она помогала Глории готовить ужин и, открывая банку томатов, чтобы добавить их в рагу, испачкала рукав своей блузки. На тонкой ткани расплылось темное пятно.
– Лучше пойди и поскорее переоденься, а я замочу блузку в холодной воде, – невозмутимо сказала Глория.
– Я сейчас же вернусь, – пообещала Лорен, поспешно покидая кухню и бросаясь в свою комнату. Она едва успела снять испачканную блузку, как услышала шум в холле. Прежде чем Лорен дотянулась до какой-нибудь одежды, чтобы прикрыться, дверь в комнату распахнулась и Глория с Руди буквально втолкнули в нее Джереда.
Увидев порванную рубашку и окровавленную грудь мужа, Лорен тотчас забыла о своей наготе.
– Что случилось? – с ужасом воскликнула она. Джеред смотрел на нее, вытаращив глаза, и молчал.
Может быть, он был в шоке от боли? Вместо него ответил Руди:
– Мы с Джередом чинили поваленную изгородь с колючей проволокой. Часть изгороди упала, и проволока хлестнула Джереда по груди. Его надо перевязать.
– Я сказал, что все в порядке, – проворчал Джеред, не давая Глории пропихнуть себя в глубь комнаты.
– Чепуха, – возразила Глория тоном, которым обычно говорила с детьми.
– Вылезай из этой рубашки, и я полечу тебя. Лорен, лучше помоги-ка ему.
Пряча улыбку, Глория достала флакон с антисептиком и вату. Лорен осторожно приблизилась к Джереду сзади и положила руки ему на плечи, помогая снять рубашку. Пропитавшаяся кровью ткань присохла к ранам на груди, и, когда Джеред оторвал ее, глубокие царапины опять начали кровоточить.
Глория, ловко подталкивая Руди к двери, сказала:
– Не торопитесь. Мы с Марией приготовим ужин. Тебе нужно полежать, Джеред. Ты потерял много крови.
Дверь закрылась, и Лорен осталась наедине с Джередом.
Лорен опустила запачканную кровью рубашку на свою блузку. Молча, затаив дыхание они смотрели, как мужская рубашка нежно прильнула к женской блузке.
Лорен быстро подошла к платяному шкафу, собираясь достать чистую блузку, но какой-то импульс заставил ее повернуть голову и посмотреть на Джереда.
– Очень больно? – тихо спросила она. У Лорен перехватило дыхание, когда она увидела струйки крови, текущие из царапин у него на груди.
– О Джеред! – воскликнула она, бросаясь к нему, уже не думая о том, что на кей одна лишь отделанная кружевами тонкая и прозрачная нижняя сорочка. Лорен последовала совету Елены и перестала носить корсет.
– Садитесь сюда, – распорядилась она, беря его за руку и подводя к изящному стулу у туалетного столика, который отыскала для нее Глория. – Позвольте мне промыть рану, чтобы увидеть, насколько она серьезна.
– Право же, ничего страшного, – снова повторил он непривычно низким и хриплым голосом. Неужели ему было так больно?
Она налила в таз для умывания свежей воды и намочила чистое полотенце. Приложив мокрое полотенце к его обнаженной груди, Лорен сделала глубокий судорожный вдох и крепко зажмурила глаза. Потом осторожными движениями стала промокать царапины и промывать слипшиеся от крови волосы у него на груди.
– Я стараюсь не причинить вам боль, – бормотала она.
Джеред заскрипел зубами, но не от боли, а от близости ее полуобнаженного тела, вызывавшей у него головокружение. Ее молочно-белая шея пахла лавандой, и этот аромат пьянил его, от него можно было потерять сознание. А может быть, это следствие потери крови? Какая разница, ведь результат один и тот же. Джеред чувствовал ее дыхание на своем лице, легкое, нежное и целительное.
Взгляд его невольно опустился ниже, на ее грудь. Джеред сцепил зубы, не в силах видеть эту поднимающуюся
