Потерянные

Сашка.
— О, Господи… Как же… Боже мой, я беременна! — прошептала Кира, физически ощущая, как все ее существо наполняется доселе невиданным счастьем. — Ты уверен? Точно уверен? Почему же я ничего не помню?!
— Уверен, уверен, не сомневайся! Может, твоя амнезия как раз поэтому: ну, гормональный взрыв и все такое…
Он что-то говорил, но Кира его не слушала. Она задрала куртку и восхищенно уставилась на свой живот. Теперь это домик для малыша! Ее собственного малыша!
— Ура!!! А-а-а! — вне себя заорала Кира, и ее дикий торжествующий вопль пронесся над сизой гладью озера. — Я беременна! БЕ-РЕ-МЕН-НА!
— Тише, тише! Угомонись, хватит уже, — хохоча, уговаривал Киру Саша.
— Абсурд какой-то! — немного успокоившись, проговорила она. — Как могло случиться, что я этого не помню?
Сашка осторожно молчал. Боялся сказать что-нибудь не то.
—Ты не волнуйся, Кирюха. Наверное, стресс. Постепенно все вспомнишь, никуда не денешься.
— Приезжай быстрее, — снова попросила Кира, — ты еще далеко?
— Надеюсь, скоро буду. Я эту дорогу не знаю, но навигатор…
«Разберусь! К тому же у меня навигатор!» — яркой лампочкой вспыхнули в голове у Киры непонятно кем произнесенные слова. Вспыхнули и погасли.
— Что ты сказал, Саш? Я не расслышала.
— Говорю, приеду — позвоню. Жди звонка, Кирюха!
Саша увез Киру из Кара Чокыра через полтора часа. Приехал, оставил машину у обочины и на лыжах двинулся вызволять жену. Она уже ждала его, подпрыгивая от нетерпения.
Он помог Кире вскарабкаться на поляну и встать на лыжи. Взвалил на плечи ее рюкзак, и они заскользили вперед. С каждым шагом берег озера отдалялся. Таял его тихий плеск, и Кира чувствовала себя все лучше.
«Наверное, ночью шел снег», — подумала она. Заснеженную поляну пересекала единственная лыжная дорожка — Сашкина. Никаких следов того, как она сама попала на берег озера накануне, не было.
Палатку они с Сашей так и оставили стоять на одиноком голом берегу. Кира категорически отказалась брать ее в город. Смутная, необъяснимая, но твердая уверенность: оранжевый шатер должен остаться здесь. Кира не стала говорить этого вслух, но палатка почему-то напоминала ей кокон, из которого она выпорхнула, как бабочка. Теперь кокон пуст.
Стоя возле машины, наблюдая, как муж засовывает в багажник лыжи и рюкзак, Кира тихонько погладила «Форд» по гладкому темно-синему боку. У нее возникло смутное ощущение, что некоторое время назад автомобиль был какого-то светлого цвета. Чувство быстро растаяло, и Кира не успела толком осознать его. Подошла к Саше, обняла его и прижалась головой к его груди.
— Папочка, — с наслаждением проговорила она.
— Мамочка, — откликнулся он, целуя ее в макушку.
Кира и Саша постояли, обнявшись, потом сели в машину и уехали из Кара Чокыра, чтобы больше никогда сюда не возвращаться.
Они ехали домой. Они были вместе. И все было хорошо.

Эпилог.

Полгода — с первого августа по первое февраля — навсегда выпали из памяти Киры. Последним, что запомнилось, было то, как их неразлучная институтская пятерка ехала после летнего пикника с ночевкой обратно в город. Кира так никогда и не вспомнила, как оказалась одна на берегу озера. Эти шесть месяцев, закончившиеся необъяснимой поездкой в Кара Чокыр, остались в ее сознании настоящей черной ямой. Провалом.
Первое время это беспокоило Киру, напоминало саднящую рану. Однако неприятное чувство вскоре пропало. Поначалу на ум приходили странные образы, которые исчезали прежде, чем Кира успевала их осмыслить. Мелькали в сознании воспоминания, которые ей никак не удавалось ухватить. Но к весне пропали и они.
Родные были убеждены, что знают, почему с Кирой такое случилось. А как же иначе, у нее ведь был сильнейший стресс. И травма. Осторожно подбирая слова, Саша рассказал жене, какой кошмар произошел в ее жизни в начале августа. Кира с ужасом узнала, что автомобиль, в котором они с ребятами возвращались в Казань, столкнулся с грузовой Газелью. Водитель Газели, виновник происшествия, в крови которого был обнаружен алкоголь, погиб на месте. Как и Миля, сидевшая на переднем сидении рядом с Денисом, и Леня, который сидел позади нее. Именно в этот бок на полной скорости и въехала Газель.
Авария произошла до выезда на федеральную трассу. Движение на проселочной дороге слабое, так что пока их обнаружили, прошло почти полтора часа. За это время Денис и Элка, поначалу еще живые, скончались от многочисленных ран и потери крови.
Кира, которая сидела за спиной водителя, была единственной выжившей. Она сильно ударилась головой, у нее был ушиб мозга, и в сознание она пришла только спустя несколько дней. Кроме того, у Киры