Потерянный берег. Книга 2

чей-то голос из толпы.
  Я вопросительно посмотрел на Иваныча, а он как-то неопределенно пожал плечами и развел руками. Блин… мы вообще-то и нее готовились особо, да и как в советские времена у нас не было плана мероприятия, все как-то само собой сложилось, мы лишь только обозначили дату ввода в эксплуатацию корабля. Ну что ж, назвался груздем, т.е. основателем поселения, или как в нашем новом мире принято говорить анклава, теперь неси свой крест со всеми вытекающими.
  — Кхм… — прокашлялся я, сильно волнуясь, и скорее всего краснея, хотя не страшно, на таком загаре и не видно, — Товарищи колхозники!
  Все добродушно засмеялись… Я поднял руку, попросив жестом замолчать.
  — Друзья… Я думаю, что могу всех Вас так называть… Вы этого заслуживаете… со многими из Вас мы пережили трудные времена, моменты лишений и опасностей. Каждый из нас пережил трагедию этого мира по-своему и в разной степени тяжести, но здесь, на этом острове мы все являемся единым целым и живем не так как жил прошлый мир, а живем друг для друга, трудясь друг для друга… мы все теперь понимаем, что только вместе мы что-то можем из себя представлять, только вместе мы смогли выжить, отстроиться и наладить процесс пусть не легкого, но вполне цивилизованного и главное обеспеченного по потребностям существования. Оглянитесь на поселок.
  Люди загудев оглянулись.
  — Что вы видите?
  — Дома… Баню… Кирпичный завод… Склады… Мастерские… Пилораму, — кричали люди на разные голоса.
  — А все видят красно-белый сарафан на веревке?
  — Да! Видим… Так это же Светкин сарафан, — раздались веселые голоса.
  — Этот сарафан сушится во дворе дома, который чуть меньше года назад был здесь, на острове единственным еле уцелевшим строением от таежного поселка Сахарный. А все остальное, появилось благодаря Вам друзья.
  Все повернулись опять ко мне, замолчали и лица стали серьезными.
  — Я от чистого сердца хочу всех вас поблагодарить за проделанный труд, не работу, как говорили раньше… что от слова раб… а именно за труд, сознательный труд на общее благо. Пройдет время, и я надеюсь, что все, кто тут живет, кто будет жить и потомки тех кто здесь строил новую жизнь, будут знать и осознавать истинные значения слов труд, созидание и свобода. Мы все здесь свободные люди, и у нас есть одно преимущество — мы объединены нашим совместным трудом, результатами нашего труда и самое главное, нашей свободой и самодостаточностью. Даже если исключить сейчас из нашей жизни блага предыдущей цивилизации, мы выживем!
  Все захлопали и засвистели, а я опять поднял руку, попросив тишины.
  — Что-то я отвлекся от темы и разволновался…
  — Да правильно все Николаич, — услышал я зычный голос Федора.
  Все опять загудели, и я опять поднял руку.
  — Собрались мы собственно сегодня по поводу ввода в строй нашей ‘Авроры’. Два дня, специально созданная комиссия проверяла все досконально, и вчера было принято решение о вводе корабля в строй.
  Все опять загомонили и захлопали.
  — Право совершить обряд спуска ‘Авроры’ на воду, пусть не совсем так, и не совсем по правилам, предоставляется идейному вдохновителю, и самому морскому из всех морских волков, нашему капитану Ивану Ивановичу Попову!
  Люди опять захлопали и загомонили. А Иваныч подошел ко мне, и взяв со стола пакет с водой сказал:
  — Квалифицированная комиссия, проведя инспекцию и осмотр корабля, приняла решение о вводе в эксплуатацию! — перекрестился, размахнулся и тихо сказав ‘Господи благослови’, метнул пакет в борт.
  Пакет полетел и, ударившись о борт, лопнул. Все захлопали, засвистели и закричали.
  Когда ликование закончилось, слово взял Михалыч:
  — Ну я значить приглашаю всех на хутор на праздничный обед, явка строго обязательна.
  Все опять захлопали. А потом кто-то крикнул:
  — А можно хоть посмотреть то?
  — Можно Машку, за ляжку! А посмотреть разрешаю! Группами по десять человек. Боцман, обеспечить экскурсию, — гаркнул Иваныч.
  — Есть! — ответил боцман, Андрей Строганов, стоявший все это время на ‘Авроре’ у борта, — Желающие не толпимся, поднимаемся по десять человек на борт.
  — Хренасе ты выдал… мы корабль вводили в строй или отчетный митинг проводили? — спросил Иваныч, когда мы поднялись на борт и прошли к нему в каюту.
  — Да что-то, тронуло меня все это мероприятие, ну и решил людей отблагодарить, да и заодно ‘пояснить политику партии’.
  — А в тебе, оказывается, кроются задатки замполита.
  — Отстань а… Давай сюда схему корабля и еще раз все проверим.
  ‘Аврора’ действительно по нынешним меркам получилась просто ультра современной посудиной,