Потерянный берег. Книга 2

посещать обывателя, когда ему нечем заняться? Знаете когда начались проблемы у этой страны?
  — Когда?
  — Когда она перестала быть Русью. Были княжества и процветали, в случае опасности княжества объединялись и давали отпор врагу. И почти все, крутилось вокруг так скажем, военной промышленности, которая тянет вперед всю остальную. Можно разобрать подробнее — например, для конницы необходимо развитое кузнечное и шорное дело, деревообработка, ведь нужны стрелы, луки и копья, сукноделие, красильное производство, коннозаводское дело, сельское хозяйство, а для него — опять же кузнечное и коннозаводское и т.д. Люди заняты, зарабатывают и подрабатывают, обмениваются излишками своего «военного госзаказа» и кормят семьи, СТРАНА БОГАТЕЕТ!!!. А еще с каждого такого промысла платились подати в казну, откуда шло вспомоществование в дома призрения, гимназии, больницы. Общественное благоденствие, между прочим, даже в Российской Империи было поставлено очень серьёзно, там был громадный штат, как недавно было принято говорить «госслужащих», больше всего Военного министерства и министерства Внутренних дел вместе взятых, некое мизерное подобие которых вы в принципе уже создали…
  Я сидел и смотрел на этого человека, слушал. Не хотелось его перебивать и прерывать этот поток информации и рассуждений…
  — … несомненно, были и проблемы, как например, рискованное земледелие, суровый климат, и обширные территории, которые необходимо было защищать. И сейчас, у нас из всех этих проблем в принципе осталась одна — защита того что имеем, и возможно того, что в последствии приобретем. Если еще глубже копнуть в истоию…
  — Вы решили провести небольшой экскурс в историю? Очень интересно на самом деле.
  — Знаете Сергей Николаевич, кто не помнит своей истории не может рассчитывать на будущее, это я немного перефразировал, но суть та же. Итак, мы с вами в отличии от древних славян имеем много преимуществ, нам не нужно скажем так преодолевать заново многие этапы развития, у нас больше знаний, у нас есть технологии и почти тропический климат, но этап социального неравенства рано или поздно возникнет, по тому что у людей разные возможности, разный потенциал и самое главное разные взгляды на жизнь. Катастрофа планетарного масштаба уравняла всех выживших, но прошло время и вы видите результаты — равенства нет, образовалась некая иерархия тех, кто оказался трудолюбивее, предприимчивее, хитрее и удачливее других. Это видно и по Лесному и по Лунево, и там еще долго будут происходить брожения масс в поисках так скажем стержня. Здесь же на Сахарном, вы создали поселение искусственное, основанное на первом этапе на взаимопомощи и цели просто выжить, и это сработало. Но это только начальный этап, будут и другие. Подумайте хорошо Сергей Николаевич, как долго просуществует поселение без системы управления, без элементарных законов и куда от нее деться иерархии?
  — Недолго наверное, — ответил я пожав плечами.
  — Да, недолго, и катастрофа местного масштаба может случится гораздо раньше, вы себе представляете. Кстати, вы в курсе, что в харчевне у рыболовов несовершеннолетним наливают выпивку?
  — Нет.
  — ‘Поздравляю’, это один из звоночков. Т.е. смотрите что произошло даже на этом примере: вы привезли людей сюда, дали им возможность строить новую жизнь, более того, потом вы дали им право заниматься ремеслом, а затем право зарабатывать. Теперь внимательно… что вы упустили?
  — Я не наделил их обязанностями.
  — Вот! В точку. И чем больше пройдет времени, тем сложнее будет это сделать.
   Возвращался я из форта с тяжелым сердцем, обдумывая все услышанное и медленно шагая по дороге в редких местах подсвеченной тусклым светом маломощных ламп, которые мы включали на пару часов, давая возможность задержавшимся на работах или еще где, нормально дойти до дома. Когда я вернулся домой дети уже спали, а Светлана с Аленой при свете керосиновой лампы что-то мудрили с какой-то выкройкой.
  — И что вы в темноте там видите? — спросил я, разуваясь у двери.
  — Да мы уже заканчиваем, — ответила Светлана, — что так долго?
  — Да, разговор затянулся что-то.
  Света внимательно посмотрела на меня, встала со стула и подошла ко мне, пристально заглядывая в глаза.
  — Что-то случилось?
  — Нет, ничего… устал просто… пойду спать, — отвел я взгляд и пошел к выгороженной мебелью спальне.
  291 день. О.Сахарный.
  — Ну и чего ты такой хмурый с утра, — спросила Светлана выставляя на стол завтрак.
  — Не выспался, переваривал разговор с нашим безопасником.
  — И что он тебе такого сказал, что ты пол ночи вздыхал?
  — Все правильно сказал, открыл мне