Бизнесмен, уставший от жизни, без жены и детей, решил всё бросить. Распродаёт всё своё добро, и переезжает в старый домик где-то в глухой Тайге… И тут происходит природный апокалипсис (землетрясения, цунами и прочее). Приходится как- то выживать самому и не дать пропасть доверившимся тебе людям! Жизнь продолжается…
Авторы: Русаков Валентин
я, и обернулся назад, на пустую дорогу от хутора.
— Может самосада? — он протянул мне набитую трубку.
— Вот от этого точно разорвет, нет, спасибо.
— Ну, как знаешь, — ответил Иваныч, остановился, поймал линзой фокус и раскурил трубку, — В форт?
— Да пошли.
До форта дошли молча. Голова гудела и начинало трясти от злости… злости на себя, за то что отпустил, за то что отпустил вместе с Дашей, за то что на раскусили мы этого Торшина, а то что смерть Жеки это его рук дело, у меня сомнений не было.
— … в тихом омуте Сергей Николаевич, да, всегда трудно чертей разглядеть, — продолжал свою мысль Макарыч, когда мы сидели у него в кабинете.
— Как думаешь, Алексей Макарыч, куда он направился?
— Ну давай предположим, — ответил он и подошел к висевшей на стене карте, — мог пойти сюда, в устье реки, что параллельна Новой и подняться до городка этих старателей.
— А что ему там делать? — спросил Иваныч.
— Не знаю… я вообще не берусь, если честно, просчитать этого Торшина. Мог в Лунево пойти, мог и где-то по берегу высадится, и отправиться на известное ему место схрона.
— В этом ‘Лас-Вегасе’ интересно радио есть?
— А что это даст? — спросил Макарыч.
— Ну приметы им передать и Торшина и Дарьи.
— По имеющейся у меня информации, этот как ты говоришь ‘Лас-Вегас’, очень мутная публика содержит, ну и собственно у нас с ними нет никаких отношений.
— Хреново… Иваныч, опять у нас откладывается экспедиция, пойдем за этим… за Торшиным в общем.
— Когда?
— Алексей вернется, и выходим, готовь корабль, запасы воды, топлива и провизии на максимальную автономку.
— Экипаж усиливаем?
— Да, этот вопрос с Алексеем обсудишь, и по вооружению тоже… он уже к ужину, наверное, прибудет. Пойду домой, собираться… я на связи если что.
Пообедав без особого аппетита начал собираться. Открыл сундук и проверил снаряжение — оружие, экспедиционный рюкзак…
— У тебя это всегда готово и собрано, — сказала Света, сидя за столом и наблюдая за мной.
— Проверить надо…
— И проверяешь ты там все несколько раз в неделю. Успокойся, твои нервы в этой ситуации ни к чему. То, что произошло ты уже не исправишь, а то что может случится… для этого нужно быть готовым и успокоиться.
Я перестал копошиться в сундуке и сел на пол, положив подбородок на сложенные на коленях руки. Света встала из-за стола, подошла ко мне и тихо присела рядом, наклонив голову мне на плечо.
— Тебя так на долго не хватит, как бы ты не старался, ты не сможешь контролировать все вокруг и тем более распознавать подлость заранее. И не вини себя в смерти Жени, не ты его убил.
— Я мог его не пускать…
— Ну что я не помню, что ли как он пришел отпрашиваться? Ты не мог его не пустить, не было ведь никаких намеков на беду.
— В том то и дело что были, это я теперь задним умом понимаю. После нашего разговора с этим Торшиным в форте, он как-то напрягся что ли… не просек я это вовремя.
— Ну даже если бы ты и приставил к нему соглядатая, думаешь он не подобрал бы момент как сбежать с острова, и еще не известно чем закончилось все, этот Торшин не простой… не знаю, но мне так кажется.
— Может и не простой, — согласился я.
— Иди ложись, попробуй поспать, наверняка в ночь вахта будет на переходе.
— Хорошо, — уже успокоившись, ответил я, — по рации вызов будет, разбуди.
— Разбужу, ложись иди.
— Сережа вставай, ‘Мандарин’ швартуется, тебя Алексей вызывал.
— Угу, — ответил я, свесив ноги с топчана, — полей пожалуйста, я умоюсь. Уже ужинали кстати?
— Да, час назад поужинали, — ответила Света, зачерпнув ковшиком воду из ведра на кухне.
Через десять минут я уже спускался к отремонтированному пирсу, у которого стоял ‘Мандарин’, а на самом пирсе обступив труп Жеки стояли Алексей, Вася, Иваныч и Макарыч. Я подошел к ним и несколько секунд не решался посмотреть в низ.
— Я вызвал ребят из форта и с Михалычем связался, — сказал Макарыч, — на закате кремируют.
Кивнув я присел и осмотрел труп.
— Кобура пустая и второго магазина нет, — тихо сказал Алексей, — справа над ухом гематома и ссадина глубокая, как железякой какой что ли.
— Похоже, — согласился я, осмотрел Женькину голову и встал.
— Рыбаки, которых встретили, опознали наш мотобот, я им подробно описал и бот и Дашку и этого урода.
— Как думаешь, куда он направился?
— Курс на север был, не к протоке.
— Значит, не в Лунево он пошел.
— Выходит так, — сказал Алексей, — ну что, собираться? Сколько мне бойцов брать?
— Четверых, и подумай о вооружении, возможно территория куда пойдем будет не совсем дружественная.
‘Аврора’