Бизнесмен, уставший от жизни, без жены и детей, решил всё бросить. Распродаёт всё своё добро, и переезжает в старый домик где-то в глухой Тайге… И тут происходит природный апокалипсис (землетрясения, цунами и прочее). Приходится как- то выживать самому и не дать пропасть доверившимся тебе людям! Жизнь продолжается…
Авторы: Русаков Валентин
к матери Алексея, которая вместе с сестрой и ее детьми жила на хуторе. Тихо посидели, поговорили. Мать рассказывала нам про его детство, каким он был хулиганом и забиякой пока не отслужил в армии и не поступил в училище. Рассказывала об их семье, спокойно так, периодически то улыбаясь, то утирая наворачивающиеся слезы. Сильная женщина, и настоящая солдатская мать и офицерская жена, изъездившая пол страны по гарнизонам и общагам. Расходились мы уже в темноте, и природа, словно тоже оплакивая Алексея, начала поливать нас моросящим теплым дождем, который закончился только к утру.
Часть 3
353 день. В море.
Наш конвой, двигаясь со скоростью ‘самого медленного корабля в эскадре’, т.е. плашкоута, находился в миле от выхода федералки к морю. Завершив короткий радиообмен, и выдав инструкции ‘Аврора’ развернулась и взяла курс на остров ‘Траулера’, от куда уже направится к дальнему архипелагу. К ‘железке’ пошли ‘пожарник’, с буксируемой баржой и плашкоут. Они отвезут на вахту новую смену, заберут груз и вернуться на Сахарный. Так же на железку отправлена группа разведчиков под командованием сержанта Яковлева. Олег и еще двое бойцов получили следующее задание — проехать максимально по рельсам с разведкой территории, сверяясь с картой и выставляя отметки, выйти к оползню, о котором говорил Ганшин, и потом они должны были выйти к колхозу Ганшина, от туда спуститься по Новой и затем на любом попутном транспорте добраться до Лесного. Потом, их должен был подобрать конвой возвращающийся с Железки. Это реализация идеи Алексея, о которой мне рассказал Максим, и я решил ее одобрить, т.к. разведка территории вещь нужная, да и может наткнуться на что-то полезное. Взвыв сиреной ‘Аврора’ попрощалась с ‘пожарником’ и плашкоутом вышла на запланированный курс.
— Сколько пути до первых островов, — спросил я у Иваныча.
— До первых к вечеру дойдем, там переночуем и с утра двинемся дальше, — ответил он стоя у штурвала в приподнятом настроении и пыхтя трубкой.
— Понятно, ну пойду тогда в каюту, вещи разберу.
— Да, иди, располагайся…
Я вошел в каюту, дверь щелкнула фиксатором и Сергеев, который после ночной вахты спал на верхней полке, проснулся.
— Сколько времени? — спросил он свесив вниз ноги.
— Час до беда примерно, Володя по громкой позовет, так что Юра не волнуйся, не пропустишь.
— Пойду к бойцам схожу, прогоним пару раз ‘тревогу’ и за одно аппетит нагуляем.
— Ну, тоже верно, — согласился я.
Юра напялил кепку, с гордостью достал из пирамиды Лехин АКМС, дернул затвор проверив отсутствие патрона в патроннике, закинул автомат за спину и вышел, шлепая босыми ногами по палубе. Ходить босиком по кораблю нам приходится после очередной истерики боцмана, ну и Иваныч не стал возражать против такого правила, ‘и правильно а то все трапы сточите башмаками своими, да палуба пачкается’ — поддерживал он боцмана. Лехин АКМС я Юре как новому командиру боевой группы ‘Авроры’ хоть и наедине, но торжественно вручил, что он воспринял практически как боевую награду. Он вообще после гибели Алексея как-то изменился, постоянно хмурый, сосредоточенный как сжатая пружина. Командиром группы Юра буквально напросился сначала продавив ходатайство от Максима, а потом пришел ко мне домой ошарашив, так мол и так, Алексей перед смертью приказал с вас глаз не спускать… Вот и что тут поделать? Всего в состав боевой группы вошло десять человек, трое в составе расчета ‘Василька’, двое расчет КПВ, двое на ‘Утес’, еще двое на подмену ну и сам Юра.
Слушая как по палубе носится десяток босых пяток, отрабатывая действия группы по тревоге я начал разбирать свои вещи. Так, пластиковый стаканчик с зубной щеткой и пастой на полку у умывальника в специальное отверстие, полотенце на гвоздик выше, над зеркалом. Рейдовый рюкзак можно не трогать, я его еще дома собрал и проверил… в ящик его. Разгрузку с уже набитыми подсумками на вешалку за дверь. АКМ в пирамиду, ну ка… затвор.. ‘осмотрено’, все теперь точно в пирамиду. Вытащил из под шконки длинный оружейный ящик, Лехиного ‘Беркута’ туда, в компанию к ВАЛу Сергеева, ПБ с патронами и запасными магазинами в мою тумбочку. Ну вроде все, а! Еще сменную одежду на вешалку. Огляделся… Вот, теперь все, пойду наверх к Иванычу.
— Ну что, как тут? — спросил я поднявшись в рубку.
— ‘Острова траулера’ проходим, — ответил Иваныч, и постучал ногтем по экрану радара, высвечивающим зеленым цветом по краю масштабной сетки четыре пятна разного размера, — теперь сюда, к вечеру будем.
— На палубе ветерок чувствуется.
— Да есть такое дело, — ответил Иваныч и наклонился к иллюминатору, посмотреть
