Потерянный берег. Книга 2

в кают-компании первая фраза с вопросом не заставила себя ждать:
  — Это же новодел? — спросил один из гостей, парень лет двадцати, отличавшийся только возрастом от своих друзей. Все семеро как будто вышли из под рук одного и того же стилиста или как говориться имиджмейкера — у всех бороды ‘испанки’ и длинные волосы, собранные в хвост на затылке у некоторых. Одежда разнообразная, как и обувь, которую их попросили снять, и теперь семь пар башмаков стояли у места, где крепилась лестница.
  — Да ребята, это новодел, — гордо ответил Иваныч, если честно ему есть, чем гордится, — давайте знакомится… Кто вы и откуда?
  Самый старший из них поднялся и практически по военному, с жутким акцентом доложил:
  — Старший дозорной команды Эрик Шнитке. Капитан в отставке… бундесвер.
  — О как! А этот молодой вроде без акцента говорит, — сказал Иваныч.
  — Я среди них один немец… есть еще Янек, он поляк и это он заметил ваш корабль, — после этих слов приподнялся и сел на место крепкий парень, в красной бейсболке и рубахе с отрезанными рукавами.
  — Ясно, у вас где-то на тех островах дозорный пост?
  — Да, организовали его в надежде, что кто-то будет проплывать мимо. Мы уже почти год живем общиной на новой земле и ни с кем не встречались до этого момента.
  — И много вас в общине? И я так понимаю, она интернациональна? — спросил я.
  — Да, но в общине все теперь говорят по-русски. Нас около тысячи человек, девятьсот сорок два, если быть точным.
  — Ого! А откуда, и что за новые земли?
  — Там у нас четыре корабля вынесенных на сушу… русский военный корабль, эм… сторожевик, да, танкер-контейнеровоз, большой круизный корабль и тридцати метровая яхта Эдуарда Яковлевича.
  — Дайте две! — сказал удивленно Иваныч, — а кто такой этот Эдуард Яковлевич?
  — Олигарх бывший, — ответил самый молодой, — а теперь он вроде как глава общины, нормальный мужик, головастый… если бы не он, так бы и рвали друг другу глотки до сих пор, или местные бы нас перестреляли потихоньку.
  — Какие местные? — спросил я.
  — На берегу самого большого острова ‘новой земли’ уцелел поселок местных жителей, не много, семь домов… но с подсобным хозяйством, сады, огороды. Первое время очень нам помогли…
  — А в каком состоянии корабли? — заинтересованно спросил Иваныч.
  — У всех кроме яхты сильно повреждены корпуса, танкер тот вообще пополам переломился на сопке, весь склон мазутом теперь загажен.
  — Он мазут перевозил?
  — Нет слава богу, а то бы вообще ужас что было… у него силовая установка на мазуте работала. А перевозил он кучу всего, контейнеров несколько всего на палубе застряло, остальные видно смыло, а во внутренних танках много насыпного груза, поддонов с грузом… люди за этот танкер поначалу грызлись конкретно.
  — Ну не удивительно, — сказал я
  — А с яхтой что? — не унимался Иваныч.
  — Так двигатель на ней запороли… уж не знаю что там с ней делал вначале Эдуард Яковлевич, но двигатель убили.
  — Да он с мели сползти пытался самостоятельно ну и ‘дал овса’ ему, — вставил молчавший до этого разведчик-дозорный.
  — Т.е. яхта на плаву? — переключился на ответившего Иваныч.
  — Ну да, болтается на привязи.
  В окне раздачи Володя громыхнул посудой выставляя на столик кастрюльку со сваренным желудевым кофе и несколько тарелок с рыбным пирогом, потом он вышел с камбуза и расставив все на столе сказал:
  — Угощайтесь.
  Гости стали разливать напиток по чашкам и разбирать из тарелок нарезанные куски пирога… я смотрел на них и думал… внешне бомжами не выглядят, да руки мозолистые, что доказывает, что работать руками приходится много… это большой плюс, тем кто занят работой, дурные мысли в голову не лезут — некогда. Держатся уверенно, и главное добродушно, если и играют… нет, вряд ли… двое — трое сыграли бы… а тут из семерых кто-нибудь бы обязательно прокололся, на фразе, на эмоции в общим есть на чем. Я по несколько минут смотрел на каждого, изучая жесты, как ведет себя, заглядывал в глаза… а они, глаза о многом могут рассказать, и в данный момент в их глазах была неподдельная радость и удивление.
  — Очень вкусно… что это, какао? — спросил Эрик
  — Нет, — улыбнулся Володя, — молотые обжаренные желуди… да, по вкусу напоминает какао с молоком.
  — Ммм… желуди, — задумался Эрик, а потом спросил, — семена дуба?
  — Да, семена дуба… точно, — ответил Володя и рассмеялся.
  — Янек, налей еще bitte, — сказал Эрик и протянул кружку.
  — А этот буксир вы разбирали? — спросил я.
  — Да, — ответил молодой, — когда еще бензин был, мы на катере и водных мотоциклах с круизника сюда с Эдуардом Яковлевичем приезжали…