Потерянный берег

Иваныч выгнал меня из-за штурвала и сам повел по реке «Мандарин». Новая в правой протоке была в ширину с километр, потом сужалась метров до пятисот и у самого Лунево была около трехсот метров в ширину. К Лунево подходили уже в сумерках, но нас ждал приятный сюрприз — пристань, тянувшаяся вдоль правого берега, на примерно полкилометра вся была освещена, и мало того, почти весь городок светился огнями.
— Нихрена себе, у них что, своя электростанция? — сказал Иваныч закуривая.
— Котельная, — ответил Алексей, и кивнул на дымящуюся вдалеке трубу, — там паротурбины, четыре котла на мазуте два и два на твердом топливе, кочегарил я там на зимних каникулах в старших классах.
— Ну вообще! Тут цивилизация прям, — сказал я, всматриваясь в бинокль на городок, — Леш, а сколько тут всего народа живет?
— До волны было тысяч десять плюс военный городок, чья собственно и котельная. А сейчас можно наверное смело на два умножать, если не на три.
— Гло-ба-льно, — протянул я, высматривая в бинокль постройки «нового времени» в виде трех десятков щитовых бараков выстроенных террасами вверх по склону одной из пологих сопок, ровно и четко, да, как-то по-военному. Был виден район из двух десятков пяти и трех этажных домов. Те, что были панельными, были со значительными повреждениями, особенно пятиэтажки, а кирпичные, и блочные «хрущебы» выглядели очень даже целыми. По внешнему виду двух параллельных улиц, что выходили к пристани, было понятно как прошла волна. Порядок там конечно относительный навели, разобрали обломки и очистили саму улицу, но руины и завалы все еще оставались.
— А где часть? — спросил я Алексея.
— За сопкой, от сюда не видно. Там же станция, автовокзал, небольшая гостиница, частный сектор, ДОС и рынок.
— А кто тут у власти?
— Формально глава администрации, который и раньше был, а фактически несколько группировок. Точно не знаю сколько их, есть ребята которые объединились на ферме, что в паре километров от городка, там цех молочной продукции и пекарня, вояки, ну и прошлая власть со всеми входящими в нее структурами. Правда, вес все же больше имеют военные, хоть и разбежалось много, но личного состава хватило, что бы организоваться и сохранить так сказать материальные ценности. Тут первый месяц после волны конечно бардак был конкретный и до уличных боев доходило, но вроде устаканилось все, после того как мотострелки на технике проехались по городку и успокоили особо буйных.
— А то порядок поддерживает?
— Не знаю точно, вроде кто то из ментов и дружина из местных. Я то тут один раз всего был после волны, особо не вникал, так, что тетка рассказала то и запомнил.
— Пышш-пышш… Спасательный бот с баржей! Говорит диспетчер пограничного поста Лунево, вы меня слышите? — заговорила вдруг рация.
— Слышим, — отозвался Иваныч взяв в руки микрофон радиостанции.
— Хорошо что слышите, сбавьте ход, дождитесь пограничного катера, вас проводят в зону досмотра и оформления.
— Принял, ждем, — ответил Иваныч и сбавил ход до малого, что бы держаться в течении, которое было достаточно сильным.
— Вот так, все по взрослому, — почесал я затылок.
— Обалдеть! Дайте две!!! — воскликнул Иваныч и указал рукой в сторону пристани, — Серег глянь.
Я поднял бинокль, и увидел два водных мотоцикла, на каждом по двое человек в форме и с калашами. Они быстро приближались к нам. Подойдя ближе скутеры разделились, один заложив крутой вираж пошел вокруг нас, а экипаж второго скутера прилип прямо справа к борту, сидевший на заднем месте боец зацепившись рукой за кранец прокричал задрав голову:
— Давай за мной, в самый конец пристани, вы с этой хреновиной, — кивнул он на катамаран, — только там причалите.
Я кивнул в ответ, и скутер отошел от борта и медленно пошел впереди нас, а его напарник пристроился слева метрах в десяти и дел параллельно с нами.
Через десять минут мы уже причаливали. Иваныч вывел «мандарин» чуть выше по течению, и затем удерживая в бот течении аккуратно «прислонил» катамаран в торец пирса, я сбегал и быстро подал швартовые двум помогайкам на пристани, и не дожидаясь когда они крепко притянут катамаран выбил их кормового кнехта «палец», который удерживал сцепку с катамараном. Иваныч развернулся, и причалил бортом поставив бот носом к течению.
— Уф… тут геморрой конечно с катамараном швартоваться, — сказал Иваныч сняв бандану и вытерев ей пот на лбу.
— Да наловчишься, — похлопал я его по плечу.
— Я то наловчусь, но все равно опасные маневры эти мне не нравятся.
— Ну справился же.
— Да уж слава богу. Еще попыхтеть придется когда отчаливать будем. Ну что иди оплату за проезд собирай.
— Хорошо, — ответил я и пошел к катамарану.