Бизнесмен, уставший от жизни, без жены и детей, решил всё бросить. Распродаёт всё своё добро, и переезжает в старый домик где-то в глухой тайге… И тут происходит природный апокалипсис (землетрясения, цунами и прочее). Приходится как- то выживать самому и не дать пропасть доверившимся тебе людям!
Авторы: Русаков Валентин
но собой нет, в конторе лежит. Ну в основном вроде все, есть вопросы?
— Валюта какая здесь?
— Золотые и серебряные монеты и материковой и вашей «чеченской» чеканки, по весу они одинаковые, ну и всякий товарный обмен естественно.
— Ясно, ну не будем больше задерживать, спасибо за инструктаж, — сказал я.
— Пожалуйста, обращайтесь если будут вопросы, вон в тот вагончик, там наша служба. Я с утра меняюсь, так что если за картой придете, можете к любому кто там будет обратится.
Мы попрощались с таможенниками, наконец то поужинали, после чего разбили по времени ночную вахту и расположившись в гамаках легли спать.
После волны. День 118
Предрассветная вахта досталась мне, и утро я встречал наблюдая, как просыпается Лунево и этот Новый Мир. Светло-розовая заря медленно ползла из-за сопок, постепенно вытесняя ночь, и как только краешек Солнца показался за далеким хребтом, рассвело практически мгновенно. Приятная ночная прохлада сразу сменилась вязким теплым воздухом. Я взял бинокль и стал рассматривать городишко уже при дневном свете. На улицах и во дворах стали появляться люди и транспорт, в основном гужевой. Были и велосипедисты и пара грузовиков-японцев. Один из них приехал к пристани с полным кузовом каких-то коробок. Мимо «Мандарина» с ревом пронесся небольшой катер, подняв высокую расходящуюся волну, и скрылся за поворотом вверх по течению. Я обратил внимание на экипаж — конкретные такие братки… здоровые и лысые, все вооружены. Один из них тоже внимательно посмотрел на меня и что-то сказал, не отвлекаясь от управления катером, стоящему с ним рядом парню.
— И кто тут носится? — с недовольным и заспанным лицом показался Иваныч в рубке.
— Уже унеслись, похоже братва.
— Ну что, подъем по части?
— Да, пора.
После мероприятий по утреннему туалету мы вскипятили чайник и позавтракали. Потом приготовились к экскурсии по городу, прихватив казну, и из оружия только пистолеты сошли с «Мандарина».
— Нормально служба налажена! — сказал Алексей.
Мы увидели, что пока мы копошились со сборами, на пристани рядом с «Мандарином» появился пост, в виде немолодого мужика с дробовиком, сидящего на пластиковом стуле как из пляжного кафе под раскладным пляжным же зонтом ядовитой раскраски. Мужик поднялся со стула и подошел к нам и представился:
— Олег Николаевич, служба охраны.
— Ясно, ну мы в город, и нам бы карту…
— А, так в вагончик идите, Андрей когда сменялся предупредил.
— Спасибо.
— Не за что, — ответил охранник и уселся обратно в кресло, положил на колени дробовик и достал зачитанную книгу в мягком переплете.
Выйдя с пристани мы оказались у снесенного волной небольшого деревянного здания, которое уже почти разобрали на «запчасти». Вверх шла достаточно широка улица.
— Советская, — сказал Иваныч кивнув на табличку на одном из ближайших домов.
— Да это центральная улица, — подтвердил Алексей, — она через сопку и до самого рынка идет.
— Ну куда идем? — спросил я.
— Давайте сначала на рынок, потом к тетке зайдем, мать проведаю. А от туда уже к Васе в городок.
— Вася это который….
— Да, зампотех в части.
— Ну пошли значит, — согласился я.
Топали мы медленно, периодически заглядывая в схему, а Алексей параллельно показывал ориентиры и то, какие объекты отмечены на схеме. Так мы узнали где здание администрации, милиция, старый клуб, который сильно пострадал, вероятно во время периода передела власти. Из многих окон небольшого двухэтажного здания красовалась копоть, поднимающаяся вверх по когда-то белым стенам, и следы попадания пуль.
— Да тут прям война была, — прокомментировал я.
— Ну да, скоротечная, — кивнул Алексей.
— А кого с кем?
— А тут хрен пойми было кто и с кем.
— О, это рынок? — спросил я, когда мы поднялись на сопку, и дорога покатилась вниз.
— Он самый, только разросся значительно.
Дневные будни окончательно вывели городок из сна, и по мере приближения к рынку нас уже поглотило это «броуновское движение» людей, телег, домашней скотины, велосипедов и постоянного гомона вокруг. Нам даже пришлось прижаться к краю улицы, что бы хоть как то оградить себя от этого хаоса, который выглядел таковым только на первый взгляд «непосвященного». Вся жизнь здесь кипела вокруг рынка, край которого упирался в ЖД станцию, где шла суета около длинного пакгауза, к которому периодически подъезжала некая конструкция с длинным кузовом, нечто среднее между мотодрезиной и трактором «Беларусь», явный новодел. А чуть дальше от пакгауза на путях стоял не один десяток цистен, рядом с которыми прохаживались по паре вооруженных людей. Вход на рынок был рядом со старым кирпичным
