Потерянный берег

реки, где бежал узкий ручеёк чистой воды. Кругом было много следов пребывания человека. Несколько кострищ, покосившиеся навесы, какое-то тряпьё и упаковки от продуктов питания, и ещё… ещё несколько могильных холмиков.
— Интересно, почему они не пошли по просёлку или вдоль ЖД путей, — подумал «вслух» Иваныч, ковыряя палкой кострище.
— Вода, — кивнул Леха на каменную реку, — кто то их ведёт, и этому кому-то хватило ума держаться рядом с водой.
— Ага, — согласился я, — дальше они уже вдоль русла ушли. Ну что, пойдём дальше по следам?
— Предлагаю пройти ещё по следу пару часов, не больше, больше смысла не вижу, — сказал Алексей.
Все согласились, и мы пошли дальше, вдоль реки. Примерно через два часа пути Алексей сообщил, что обнаружил петлю.
— На зайца поставлена, — сказал он в рацию.
— Давно?
— Не знаю, но заяц ещё дёргается, тут следы по траве свежие.
— Значит за зайцем придут.
— Тоже так думаю. Я со своим бойцом тут останусь, понаблюдаем в стороне, а вы с Иванычем наверное разбивайте стоянку на плёсе за поворотом, что бы от сюда не было видно.
— Принял, — ответил я и сказал Иванычу, — Тут пока встаём, будем обед готовить.
Наломав сухостоя, развели огонь и поставили воду в котелке. Хвойник кстати весь высыхает, ещё немного времени и не будет его здесь, наверное только по северным склонам в распадках останется.
Вода закипела, я снял котелок и засыпал чайной смеси, которую мы на Сахарном уже давно употребляем. В её составе только процентов пять чая, остальное таёжные травы, но вкусно и очень хорошо тонизирует.
— 11-й 22-му.
— 22-й в канале.
— Чай готов, лепёшки с рыбой тоже.
— Ешьте, потом смените нас.
— Принял.
После того как мы перекусили, я подождал пока Иваныч перекурит, и мы сменили наших вояк в небольшой канаве, метрах в десяти от заячьей тропы к реке. Присев на замшелую корягу, я наблюдал как муравьи на краю канавы тащат втроём здоровенную личинку, выбирая наиболее лёгкий путь. Загляделся я этот аттракцион… и тут невдалеке хрустнула ветка, Ия сразу присел на дно канавы, лишь чуть-чуть высунувшись, что бы смотреть за обстановкой.
— 11-й 22-му, есть движение.
— Принял, ждите меня, заду снизу от ручья, там укроюсь… если что маякуй.
— Принял.
Двое, мужчина и женщина, точнее девушка. Судя по внешнему виду в лесу они давно. Одежда на обоих модернизирована под погодные условия. Мужчина шёл впереди и держал в левой руке какую-то сумку, он чуть оступился на камне, остановился что-то сказал своей спутнице и поправил правой рукой ремень автомата… автомата!!!
— 22-й… мужчина и женщина, мужик вооружён, повторяю, мужик вооружён, ментовский укорот, идут к зайцу. Ведут себя спокойно.
— Принял 11-й.
— И что? Как законтачим?
— Сейчас придумаем что-нибудь… Попробую аккуратно обезоружить его, просигналь когда будет у дерева, и страхуйте.
— Принял… они уже у дерева, мужик к петле присел.
Леха выскочил из-за куста как чёрт из табакерки и кувыркнулся на мужика, свалив его на бок. Но мужик сгруппировался и тоже сделал кувырок назад и поднимаясь на колени уже перехватывал автомат.
«Придумал он мля», — подумал я, вскочил на ноги и прокричал первое, что пришло в голову:
— Мордой в пол все, работает ОМОН! — и дал очередь на полмагазина поверх этой куча-малы.
Мы сидели у костра на плёсе, и угощали визитёров нашим фирменным чаем. Они были пассажирами с того самого поезда, их лагерь находился за перевалом, примерно в часе ходьбы.
— И сколько вас там, — спросил я Максима, так звали мужика, который оказался линейщиком, т. е. сотрудником полиции при этом поезде, и кроме всего прочего ещё и инструктором по тактической подготовке, да ещё и ВДВ-эшником в прошлом. В общим неизвестно чем могло всё закончинться. Девушку звали Ирина.
— Девять.
— А остальные где? — спросил Иваныч, набил трубку и протянул Максиму.
— Ушли, последняя группа в двадцать человек ушла с месяц назад.
— А вы чего не ушли?
— Куда? Я пару месяцев назад ходил от лагеря в разные стороны на четыре дня пути. Туда и туда, — показал он направления рукой, — море, в другие стороны тайга одна. Наткнулся, правда на дорогу какую-то, просидел двое суток на ней, но и там тишина как повымерли все. Вот и решили, что всё же стоит остаться, хорошо что у нас некоторые как чувствовали и додумались до посадки огорода.
Мы с Иванычем и с Лехой переглянулись.
— Так а остальные то куда попёрлись? — спросил я.
— Первая группа ушла из лагеря примерно через полтора месяца после землетрясения, ещё с предыдущего лагеря…
— Это там где три могилы?
— Да, поломанных много было, а ни лекарств, ни хрена… я напарника