Бизнесмен, уставший от жизни, без жены и детей, решил всё бросить. Распродаёт всё своё добро, и переезжает в старый домик где-то в глухой тайге… И тут происходит природный апокалипсис (землетрясения, цунами и прочее). Приходится как- то выживать самому и не дать пропасть доверившимся тебе людям!
Авторы: Русаков Валентин
Клопы точно не заведутся.
— Да нормальный, самосад.
— Ладно, иди спать, я тут проветрю всё, — сказал я и открыл оставшиеся 4 боковых иллюминатора и распахнул дверь, закрепив её фиксатором.
Иваныч спустился с мостика что-то бурча себе под нос, прошёл по палубе, потом остановился у трапа, и повернувшись к мостику сказал в рацию:
— Радар включай периодически, посматривай.
— А что такое?
— Тут течение есть, вахтенный в обед перевёрнутое судно в бинокль наблюдал, один киль торчал из воды, так и проплыл мимо, большая посудина. Да и на поверхности периодически пятна нефтепродуктов наблюдаются. Там в вахтенном журнале почитай.
— Понятно, почитаю.
Иваныч махнул рукой и спустился вниз. Ну раз так, тогда пусть включён будет, я потянулся к панели и нажал кнопку питания на радаре. Прибор пискнул, ЖК-экран моргнул зелёным, побежали символы загрузки, и через пару секунд появилась картинка, шаг сетки был выставлен на 5 километров. Вот, пусть этот «зелёный глаз» тоже побудет вахтенным. Налил себе пока ещё горячий кофе, и уселся в штурманское кресло, взял вахтенный журнал и отметил время своего дежурства.
Через два часа пискнул радар, подряд два раза, я даже вздрогнул. На экране, на самой границе сетки высвечивалась маленькая точка, я нажал на кнопку захвата, точка выделилась и рядом с ней появились меленькие цифры и символы, обозначающие скорость, курс и удаление. «И что мы тут имеем?» — подумал я наклонившись ближе к экрану. Что-что… плывёт что то со скоростью в пол узла параллельным нам курсом… удаление 24,8 кабельтов. Посчитал на полях журнала в столбик, ага, 4,6 километра примерно. В бинокль не видно ни чего, на объект не светится. И чего делать? Ну буду Иваныча будить тогда… Сделал вызов по рации пару раз, вместо Иваныча я услышал в ответ голос Саши.
— На связи.
— Иваныч спит?
— Да.
— Буди…
— Слушаю, — раздался голос Иваныча.
— Радар объект высветил, курс параллельный, скорость 0,5 узла, дистанция 24 кабельтов.
— Иду…
На мостик вместе с Иванычем пришёл и Саша.
— Всё равно проснулся, — пожал он плечами и спросил указав на термос, — кофе?
— Ага, наливай.
Иваныч повисел над экраном радара пару минут, потом с фразой «лучше перебдеть» щёлкнул тумблер громкой связи:
— Экипаж! Боевая тревога! — и нажал кнопку ревуна.
Нет, учебные тревоги конечно проводились, и я даже пару раз наблюдал за этими «скачками», но теперь всё было выполнено быстро и слажено.
— На борту остаётся только основной экипаж, все остальные сходят в лагерь на берег. Выполнять!
Через десять минут мы уже отшвартовались от катамарана, и «Аврора» плавно набирая скорость, взяла курс на объект. У носового орудия и у пулемёта на корме бойцы заняли боевые посты.
— Да, ПНВ бы… — с грустью произнёс Леха.
— Не помешал бы, — кивнул Иваныч, — ну сейчас на кабельтов подойдём прожекторами осветим.
— Все частоты пробил, никто не отвечает, — доложил Вася по громкой из радиорубки.
— Понял, — ответил Иваныч.
Через полчаса радар показывал расстояние до объекта 180 метров, но как и прежде не видно ни зги.
— Включить прожектора! 20 градусов от курса!
Иваныч сбавил ход до малого, и два световых пятна поползли от «Авроры» в темноту, ощупывая поверхность воды.
— Вот он, — довольно сказал Иваныч, глядя в бинокль в сторону объекта, — мужики, это плашкоут… ну или «танковозами» их называют.
— Это вроде самоходной баржи, которые у нас тут между островами до Волны бегали?
— Ага, — ответил Иваныч, дал «стоп» и продолжил смотреть в бинокль, — ну точно «танковоз», я не помню какой там шифр по проекту, а так вроде «Акула» называется, нормальный работяга, 50 тонн вроде на себя берёт.
— Видно что там внутри?
— Хреново видно, тряпьё какое-то, и натянут тент что ли… На смотри, — протянул он мне бинокль а сам помалу повёл «Аврору» на сближение.
— Абордажной группе приготовиться! — снова скомандовал Иваныч, когда «Аврора» уже развернулась параллельно плашкоуту и сбавила ход.
Прожекторы продолжали рыскать по бортам и надстройке… никого, никакого движения. С борта «Авроры» полетели несколько «кошек», и корабли прижались бортами придавив покрышки — кранцы.
— Алексей твой выход, — сказал Иваныч в рацию.
Три тени скользнули с борта на борт. Забегали лучи фонарей внутри надстройки и по палубе.
— Живых нет, — услышал я голос Алексея в эфире.
— А мёртвых? — спросил я.
— Считать надо, они мумифицированные что ли, ну как высохли.
— Что в машинном? — это Ивыныч.
— Воды по колено, — ответил чей-то голос.
— Там перед рубкой люк есть в трюм, гляньте.
— Тут тоже вода,
