Потерянный берег

Братья, улыбнулся Андрей, достал из кармана очки, завязал на затылке тонкий шнурок, и принялся насыпать в глиняный заварной чайник ручной работы травяную смесь и залил её кипятком.
— Понятно, — кивнул Иваныч, — а то я уж было, креститься собрался, историй про тебя наслушавшись.
— Ну это дело нужное, только не со страху и не от удивления делаемое, — улыбнулся Андрей, и похлопал себя по левой стороне груди, — тут должно созреть у каждого и исключительно по собственному разумению.
— Вот Серый, я же говорил, правильный он сектант, — снова улыбнулся Иваныч, достал из костра щепку и раскурил трубку.
Андрей широко улыбнулся и разлил чай по чашкам.
— Вот братья, пейте чай, да лепёшки берите, — поставил он корзину у костра и тоже присел на бревно.
— Как там Леха интересно? — подумал я вслух.
— Не волнуйся Сергей, — сказал Андрей, — Алексий ваш, он как перст Господень, наказание неотвратимое несущий.
— Слыхал Серый? Ты запиши где-нибудь про неотвратимое наказание то… и хорошо бы, что бы каждый знал — «Тронешь нашего, поплатишься в двойне», и только так.
— Верно говоришь Иван, — кивнул Андрей, — коли взялись общину строить сызнова и люди доверились вам, то сдало быть люди эти знать должны, что не пропадут они коль в беду попали, и что за каждого обиженного обязательно расплата будет… Око за око братья.
— …Сергей Николаевич, это застава, — услышал я голос Яковлева в рации.
— Да Олег, на связи…
— Дозорный прискакал, говорит, свет фар на дороге видел.
— Принял, идём, — ответил я, взял автомат, достал патрон и поставил на предохранитель.
— И я с вами, — спохватился Андрей, быстро сходил в дом и вышел с двустволкой.
Застава стояла в пятидесяти метрах от перекрёстка таёжной дороги, на котором остановились две машины и вроде два квадроцикла, направив фары в нашу сторону. Что за машины было не разглядеть, но тарахтение одного мощного дизеля было слышно.
— И что они там встали? — спросил худощавый парень сжимая в руках выданный во временное пользование СКС.
— Спички тянут, кому идти рамсы разводить, — сплюнул на землю один из Лёхиных бойцов, пристроившись с пулемётом рядом за бревном.
И действительно, транспорт тронулся и поехал к нам остановившись колонной за пару метров перед бревном, лежащим на дороге. Дверцы хлопнули в свете фар показалось три силуэта подошедшие к недавно установленному деревянному шлагбауму.
— Эй слобода… старшего зови, побазарить надо.
— Фары потуши, а то интима нету, — крикнул всё тот же боец у пулемёта.
Не высокого роста мужик отбежал от шлагбаума к машинам, и через несколько секунд, водители выключили фары оставив только габариты. Теперь недалеко от шлагбаума горящий костёр освещал троих «спортсменов», все вооружены. Один из них, что постарше облокотился на шлагбаум и сказал:
— Ну так что, побазарим?
К нему вышли я Иваныч и Андрей.
— Что хотел? Спокойно спросил Андрей.
— Я Вова Тульский, — сказал «спортсмен» и стал ждать реакции на произнесённые им слова.
— Я знаю тебя, — ответил Андрей, — и о делах твоих знаю.
— У меня предъява к фраерам, которые на вашей территории сейчас… пропустишь меня с братвой к ним побазарить?
— Базарь, — сказал я и уставился ему в глаза, — я один из них.
Было видно, что удержаться от не оправданных действий ему стоило больших усилий.
— Вы кто такие и чо за вами есть? Вы чо натворили вообще, чо за наезд?
— Это мы тебя наказали, — ответил я, — и то, что ты ещё жив, это случайность.
— Ты чо… попутал? Ты ваще кто? — «закипал» Вова.
— Ты слышал про «неприятности» у пиратов в левой протоке? Должен был слышать.
— И чо? — явно напрягся Вова.
— Я тот, кто их устроил, и могу устроить тоже самое всей твой малине… камня на камне не останется.
Тульский молчал, было заметно, что и он и его провожатые прекрасно осведомлены о том, что произошло в «Тортуге» и мыслительный процесс на их лицах отражал битву понтов и разума.
— А чо… побазарить нельзя было сначала, если у тебя ко мне предъява? Но я тебя вообще в первый раз вижу.
— Конечно, — вступил в разговор Иваныч, — минимум у двухсот человек к тебе предъява… это считай столько родственников у беременной девочки, что ты на днях купил и на панель уложил… А прикинь сколько родственников у других девочек… Ты попал Вова, и все кто рядом с тобой так же попали.
Я еле сдержал улыбку, когда увидел, как после последней фразы Иваныча, от Тульского как-то немного отшагнули в сторону его приятели.
Раздувая ноздри в предчувствии драки, и понимая, что её точно не избежать, Тульский начал пятится назад и потянулся к ремню, на котором висел автомат, а потом резко прыгнул в сторону