Потерянный берег

которые ты упускаешь из вида.
— Ну… на скотный двор надоть тогда кого-то ставить, и заведовать этими мануфактурами твоими кого-то.
— Не моими Михалыч, нашими… мы же вот это всё сносим, — потрепал я себя рубаху, — а дети наши что носить будут?
Все молчали… переваривали сказанное мной…
— Так… перерыв десять минут, дай Иваныч сигарету…
— Ну пошли перекурим, — согласился Иваныч вставая, — а сигарету не дам… рядом постоишь, подышишь.
— И чего ты? Чего действительно то разошёлся? — спросил Иваныч когда мы вышли с ним на улицу и присели в курилке не далеко от навеса гарнизонной столовой.
— Понимаешь Иваныч, просто вот шёл на совещание и думал… думал что вот вроде и делается много, даже люди гибнут в процессе всевозможных наших дел, хорошие люди… а на перспективу заделов нет, т. е. получится что напрасно всё, и жертвы все эти напрасны… проскочили, насобирали подачек остатков прошлого мира и сидим на жопе ровно… нет Иваныч, как сказал бы Леха — «такой хоккей нам не нужен».
— Серый, Леху уже не вернуть…
— Я понимаю это… Ладно докуривай и пошли…
— Так, ладно… политинформация окончена, давайте всё ещё раз проговорим вслух, по целям и задачам, — сказал я, когда вернулся с улицы и сел на своё место, — пиши Алексей Макарыч, и всё пишите, в части касающейся:
— пуск ТЭС пока отложить, до момента, пока не будет возможности зацементировать подушку и раму в ней.
— строительство технической лаборатории… можно сразу объединить со строительством учебного центра, что бы всё вместе было. Подбор персоналии и разработка плана обучения на необходимые специальности.
— пуск миниГЭС, и подключение хутора.
— установка и запуск в промзоне генераторной станции… пока на твёрдом топливе.
— флот… у флота пока задачи есть… Единственное, Иваныч, отправь судно промерить глубину на отмели, что у Васиного острова, да, на всём протяжении. Есть кое-какие мысли…
— Склады… Ирина, через неделю отчёт по материальным ценностям и имуществу должен быть готов. И ещё, всё медицинское хозяйство сразу отправь в лазарет к Алёне, не забивай себе этим голову, а с них я отчётность отдельно стребую.
— кирпичный завод… Фёдор, кирпича пока хватит, его всё равно кроме как на печи не берут. Делайте черепицу, зданий много строиться будет — кровля нужна, и не какая-то временная, а что бы сделали и забыли, а не скакать с тазиками во время дождя в самый ответственный момент, тем более на объектах где электрооборудование.
— задачи по хутору… подберёте людей, на управление скотным двором и производством. Начинайте выпиливать лес на противоположном хутору склоне, цеха строить там, небольшую лесополосу оставьте, что бы потом когда заработают не было шума.
— Ну, вроде всё на сегодня… да, Саша, передай Алёне, как только получат медицину что бы провели ревизию и ко мне на доклад, в любое время.
— Хорошо, — кивнул Саша.
— Михал Михалыч, на пирсе стоит «Альбатрос», а на нём Иван Иванович Ганшин, запиши… Вот, тебе надо с ним познакомиться, буквально сегодня после обеда… А можешь и на обед пригласить.
— А кто это? — спросил Михалыч, записывая в свой журнал имя.
— Это целый агроном… понимаешь? В общем, я думаю вы найдёте о чём поговорить, покажешь ему хутор, задавай вопросы не стесняйся, налаживай контакты.
— Раз агроном, то схожу, — одобрительно кивнул Михалыч.
— Ну что, замечания, предложения, пожелания?
Все, кто жестом, кто эмоцией обозначили что вопросов не имеют… кроме Макарыча.
— У меня к вам несколько вопросов… ДСП так скажем.
— Хорошо, — ответил я, — здесь продолжим, или к вам в «застенки»?
— Идёмте ко мне Сергей Николаевич, там всё же прохладнее.
— Ну тогда за работу, — сказал я и встал из-за стола, закрыв ежедневник и положив его в широкий карман шорт.
— Чаю? — традиционно спросил Макарыч, когда мы спустились к нему.
— Не откажусь
— Ты вообще Сергей Николаевич спешишь?
— Есть некоторые дела, но позже, к вечеру.
— Я конечно просмотрел судовой и вахтенный журналы на «Авроре», но хотелось бы из первых уст о походе услышать.
— Конечно, есть о чём рассказать, — ответил я и поведал Макарычу подробности нашей экспедиции.
Макарыч внимательно слушал, что-то уточнял и записывал. Согрелся вагонный кипятильник, открыв краник, Макарыч налил нам чаю и поставил на стол в кабинете, потом зашёл за перегородку и вернулся с маленькой розеткой с мёдом.
— Так что, считаете проблем больше от этого… эм… Лас-Вегаса не будет.
— Если таковые будут, то поступим так же как поступили с «Тортугой»… но думаю, мы их убелили вести себя хорошо, да и слободинцам помогли с оружием.
— Будем надеяться. А слободинцы,