Потерянный берег

пришла Светлана замотанная в полотенце на манер сарафана, и держа одежду в руках.
— Иди ты теперь освежись, я тут разберусь, — сказала она, присев в шалаше и перебирая в сумке чистую одежду.
— Хорошо, — согласился я, и вытащив из своего рюкзака чистую простынь и подобрав с земли мыльницу направился вниз.
Водопад уже выбил за период своего недолгого существования небольшое углубление, где было удобно замокнуть, стоя по грудь, что я и сделал, раздевшись рядом на камнях. Несколько раз нырнув, я намылился и затем ополоснувшись, под холодным потоком воды пулей выскочил от туда покрывшись «гусиной кожей» ухая и ахая от бодрячка. Поднявшись к шалашу замотанный словно римлянин простынею, я развесил на натянутой веревке постиранную одежду и сел на край настила шалаша, где Света уже запарила кипятком сублимированную лапшу, и выложила лепешки, которые она наловчилась жарить из муки и яичного порошка. Молча поели, и я заварил чай, добавив веточек лимонника.
— Ну что, будем собираться обратно? — спросил я Светлану, допив чай и отставив кружку.
— Посидим еще немного, — ответила она, держа двумя руками кружку у себя на коленях.
— Ну посидим, торопиться некуда.
Я сидел и смотрел вниз, где журча и подпрыгивая по камням устремлялась в глубь оврага вода. Сквозь кроны деревьев пробивались солнечные лучи — прожекторы, оставляя на траве множество сияющих пятен разного диаметра, вокруг щебетали птицы, и казалось, что ничего в мире не произошло вовсе. Единственное что сильно изменилось, так это запах леса, он стал слаще что ли, и если случалось находиться в лесу во время дневного солнцестояния, то этот запах становился еще сильней, а воздух уплотнялся. Так, погрузившись в размышления о природе, я не заметил как Светлана как-то очень плавно и мягко положила голову мне на плечо, а потом подняла на меня глаза… они все сказали… все произошло настолько естественно и гармонично, насколько естественна была природа вокруг нас… и время остановилось. Мы слились в объятьях целуя друг друга, а я прикасался к ней так, словно боялся навредить нежному цветку…
— Ты такой не решительный, оказывается, — сказала она, положив голову мне на грудь.
— А очень хотелось, — ответил я, перебирая пальцами рыжие локоны волос, запустив пятерню в волосы на ее затылке и скосив взгляд на ее стройную спину и симпатичные ямочки на пояснице.
— Это я тоже поняла, — ответила Светлана, потом приподнялась на локте, и улыбнувшись сказала, — пошли купаться и домой, а то задержались мы тут. Домой мы отправились гораздо позже, чем планировали, слишком много накопилось сдерживаемых ранее желаний.
Вернуться успели к самой жаре, и спускаясь к дому услышали монотонное постукивание молотков — мальчишки выпрямляли на камнях гвозди, которые они до этого повытаскивали из досок что я складывал на территории участка и которые они находили в округе. Андрей с Денисом вообще были очень самостоятельные и трудолюбивые, в чем естественно заслуга Светланы. Им не нужно было искать работу, они находили и придумывали ее себе сами. О нашем приближении всю округу оповестил Бим, который несся нам на встречу, прижав уши к голове и размахивая хвостом как вентилятором. Следом на дорогу выбежали и мальчики.
— Сергей! Сергей! Тут лодка была! Оранжевая такая пузатая, но ей никто не управлял, она то боком то задом и туда поплыла, — на перебой кричали они.
— Давно? — спросил я опуская рюкзак на землю уже пройдя во двор.
— Нет часа два назад, — ответил Дениска посмотрев на крышку-циферблат.
— Ее вон там прибило, но мы не ходили к ней, ты же нам наказал не покидать дом пока вас нет.
— Где?
— Да вон у камня, — ответил Андрей и протянул мне бинокль.
Действительно, посмотрев в бинокль я увидел, что примерно в полутора километрах, у мыска с большим валуном и кучей поваленных стволов деревьев, как пупырь торчала спасательная шлюпка, оранжевый такой «боб» с неким подобием рубки.
— Ладно, Света, готовьтесь обедать, я проверю.
Оставив на себе только пояс с обрезом и бинокль на шее, я прихватил моток веревки и широким шагом направился вниз к мысу. Не доходя метров триста, остановился, и еще раз осмотрел находку в бинокль. Зацепившись кранцами за деревья, торчащие из воды, ботик покачивался на небольшой волне в трех метрах от берега. Все люки были задраены. На носу была надпись «KURILSKAYA-3, 8.60×2.80×1.80, 32 per.» Прочитав что бот рассчитан на 32 человека, и поняв что он с нефтяной платформы, которая наверняка находилась где-то в Охотском море, мне что то стало не по себе, я представил какой там внутри запах, учитывая что проболталась эта посудина на жаре уже более месяца. А вдруг все-таки кто-нибудь выжил… вскарабкавшись по стволам