Бизнесмен, уставший от жизни, без жены и детей, решил всё бросить. Распродаёт всё своё добро, и переезжает в старый домик где-то в глухой тайге… И тут происходит природный апокалипсис (землетрясения, цунами и прочее). Приходится как- то выживать самому и не дать пропасть доверившимся тебе людям!
Авторы: Русаков Валентин
Иваныч.
— И сколько за бочки и за баки?
— Баки по десять золотых за штуку, бочки по золотому за две штуки, итого сорок восемь.
— Не дороговато за баки то?
— Отнюдь, у кого есть хоть немного понимая в технике, быстго сообгажают тепегь, как их можно использовать. Даже я, с гуманитагным складом ума догадываюсь, что эти баки очень гедкая и ценная штука.
— Мля Иваныч, брать надо а у нас на двоих тридцатка с хвостиком.
— Может хотя бы два возьмем и бочки, лучше синица в руках, чем сам знаешь что, в облаках.
— О! Может шлюп продадим?
— Точно, я и забыл, — доставая сигарету и подкуривая сказал Иваныч.
— Уважаемые! На пирсе запрещено курить, вот к ломбарду отойдите, там есть место, — прокричал прохаживающийся не вдалеке пограничник, указав стволом автомата на нарисованный от руки знак запрещающий курить.
— Идем! — крикнул ему Иваныч, и мы прошли к ломбарду, где стояли две лавочки и какая-то лохань с водой и плавающей в ней куче окурков.
— Фима, а шлюпку вон ту, — указал я, — за сколько можно продать?
— Любое плавсгедство сейчас знаете ли, очень хогошо ценится.
— Ну не томи.
— У меня нет таких денег
— Да что ж ты такой трудный! За сколько говорю можно продать?
— Я думаю что за 70–80 золотых у Вас ее купят. Могу подыскать Вам клиента.
— Уах, щтож ты жиденок уважаемых лудей абманываешь… а? — разпахнулось окошко ломбарда, и в нем показался старый чечен, который нам менял золото на монеты.
Фима аж подпрыгнул.
— Это… это… это почему я обманываю? — начал он оправдываться заикаясь
— Ээээ! Сейчас выду да! Пакажи шлуп уважаемый. Я его сам куплю! Сейчас, — обратился ко мне старый чечен.
Кряхтя и лопоча что-то на своем языке, очень не по доброму косясь на Фиму, старик вышел из ломбарда периодически повторяя «шайтан». За ним молча, словно тень последовал не отставая тот самый детина с калашом.
— Умар, пасматри, — сказал старик детине указав на шлюп.
После недолгого осмотра детина вылез и поднял большой палец вверх.
— Сто двадцат дам за шлуп… сейчас, касса сдал, болше нэт. Завтра еще дам трыдцать.
— Это нормальная цена? — спросил я как бы сам себя в слух, пребывая в некой растерянности от быстро разворачивающихся событий.
— Это хорошая цена, — без малейшего акцента сказал детина, — мы таких уже пять штук купили, если есть еще, то еще купим. На шлюпах хорошо грузы возить.
— Тогда по рукам.
— Вот, здэс сто двадцать, — сказал старик протягивая мне увесистый тряпочный мешочек, — завтра старшему охрана скажещ, что мнэ продал шлуп, я отдам еще трыдцать.
Старик с детиной удалились обратно к себе, а я выдав Фиме 7 золотых задатка и плюс еще один для скорости отправил договариваться на счет топливных баков, ну и бочек заодно.
Мы сразу повытаскивали со шлюпа все что там лежало, и сели в кубрике есть пирожки, запивая молоком.
— Что мы тобой нахватали и ртом и жопой, — засмеялся вдруг Иваныч, — как мы это все попрем теперь?
— Нормально, — ответил я то же посмеявшись, — что баки, что бочки легкие… все ж не танкер какой, на воде сами держаться будут.
— Ну то же верно, значит завтра будем вязать все для буксировки.
— Да баки и часть бочек можно и на «Мандарин» затащить, остальное на буксир.
— Хорошо. Темнеет, давай в отбой, завтра еще дел куча.
После волны. День 85
Проснулись под «пение» петухов со стороны Лесного. Иваныч кряхтя и тихонько матерясь вылез из переднего люка и прокричал:
— Эй погранец, а где у вас тут туалет типа сортир. А? продолжая стоять на трапе и переминаться с ноги на ногу, — ага, понял спасибо.
Иваныч потрусил куда-то в сторону строящихся пирсов. Я проследил за ним взглядом, и решил последовать его примеру.
В одиннадцать часов, когда мы уже привели себя в порядок, успели завершить сделку со старым чеченом и получить еще тридцать золотых, на пирс, громыхая въехала телега груженая четырьмя емкостями из легко-сплавного авиационного материала.
— Это вы Сергей и Иван? — спросил «водитель кобылы», а заодно и хозяин пункта приема металлов.
— Да, сюда давай, — махнул я ему рукой.
Мы не особо напрягаясь загрузили хоть и большие, но легкие емкости на «Мандарин», закрепив по две штуки по бортам.
— С вас тридцать три золотых, помимо 7 залоговых, которые я уже получил, ну и 10 серебром за доставку.
Рассчитавшись, мы распрощались. И минут через десять, Иваныч успел перекурить на лавочке у ломбарда, на пирс примчался на велосипеде Фима, с опаской поглядывая в сторону старого чечена.
— Добгое утго, бочки пгивезут к обеду, только надо договогиться с охганой, они много места на пигсе займут.
— Хорошо, договоримся. Сколько за твои услуги?
