Потерянный. Трилогия

не станет терпеть. Но, возможно, поняв, смогу находить другие аномальные места.
Часть моих предположений оправдалась. Мобов, бездумно уничтожающих всех, пытающихся пройти, и после смерти дающих не больше нескольких очков опыта, здесь не было. Что вовсе не делало горы безопасными, даже при том, что заселены они были не густо. Иная пустыня может похвастаться большим. Хорошее сравнение! Как в пустынях основная жизнь сконцентрирована вокруг немногочисленных источников воды, так и в горах не очень много удобных мест. Вся беда в том, что любой оазис можно обойти, а с населённой долиной такое чаще всего не получится, ведь она, как правило, не только единственное пригодное место для жизни, но и один из немногих удобных проходов. А чаще совсем неудобный, но при этом вообще единственный.
К счастью, горцы всегда одинаковы и уважают только силу. Почему к счастью? Потому, что это если сказать дипломатическим языком, по факту же, нападают исключительно на слабых. Ведь даже если напасть не на сильного, а просто не совсем слабого, то, скорей всего, победишь, но при этом приятными ощущениями не отделаешься. Наверняка понесёшь какие-то потери и ослабнешь сам, а этого нельзя допускать ни в коем случае. Ведь от чужаков можно всегда спрятаться у себя в горах, от своих не получится. И тогда сосед, который на протяжении веков был твоим лучшим другом и надёжным союзником, придёт, чтобы добить. Ничего личного, просто бизнес.
Поэтому все горцы одинаковы и кроме уважения к силе славятся ещё и гостеприимством. Причём так сразу и не скажешь, что хуже, когда тебя считают слабым и без разговоров нападают, или когда решают, что ты сильный, и приглашают за стол. Одно можно сказать наверняка, и то и другое отнимает много времени, причём второе зачастую занимает его больше, чем первое.
Нельзя сказать, что прогулялись без пользы, везде расспрашивали о появляющихся из ниоткуда и исчезающих в никуда путниках. Вопрос никого не удивлял и не казался глупым, местным такое явление было знакомо. То есть не зря задерживались на не очень богатых пирах и праздниках в нашу честь. Оставалось уточнить, куда идти.
С этим делом повезло. На территории одного совсем не за тридевять земель живущего горного племени имелось такое проклятое место. Сначала оно было благословением. Охотничьи угодья, где можно добыть немало ценных вещей. Однако ценность трофеев постепенно упала, потому что те были одинаковыми. Все соседи, которые хотели купить предлагаемый товар, давно его купили, и больше тот никому не требовался. Случайные же путники продолжали регулярно появляться, и некоторые из них оказывались не такими уж слабыми. Вот и приходится постоянно воевать, давно не получая от этого пользы.
— Рабы из них тоже плохие получаются? — спросил я.
— Рабов нужно кормить, а у нас очень скудные горы, — ответил вождь. — Сами часто голодаем.
Затем ему в голову вдруг пришла гениальная идея. Видимо, решил, что раз задал такой вопрос, то могу нуждаться в соответствующем товаре.
— Слушай, дорогой, купи. Совсем не дорого отдам. Зато какие хорошие рабы! Трудолюбивые, много работают, мало едят. А женщины все красавицы, прекрасные хозяйки и ласковые в постели…
— Не дорого — это сколько? — прервал я восхваления отсутствующего товара.
Тот назвал цену, действительно недорого, даже дёшево. Причём про голод он явно не соврал, потому что предпочёл брать продуктами, а не деньгами.
— Хорошая цена, — ответил я ему. — Но рабов покупать я у тебя не буду.
— Тогда зачем…
— Подожди, дай договорить. Рабов покупать я у тебя не буду. Буду выкупать из рабства и отпускать на свободу.
Тот посмотрел на меня, как на слабоумного. Чего-то подобного я и ожидал, пришлось объяснить суть бизнес-плана:
— Не просто так, конечно, а после отработки. И поскольку цена действительно небольшая, рассчитаться будет вполне реально, вот они и станут работать не просто честно, а действительно усердно.
Теперь вождь посмотрел на меня совсем по-другому, не как на очень-очень глупого, а как на очень-очень хитрого. Даже на пальцах начал что-то считать. То ли свои будущие барыши, то ли сами пальцы, проверяя, все ли на месте? Не рассказывать же ему, что на самом деле меня интересует не отработка, а население. После возвращения чисто символического долга все будут отпускаться на волю. Наверняка большинство пожелает остаться в городе.
Когда окончательно договорились о будущем сотрудничестве, я задал ещё один вопрос:
— Уважаемый (имя), а как с подобными местами обстоят дела у твоих соседей?
Тот замялся, явно и врать не хотел, и рассказывать не горел желанием. Значит, аномалия, находящаяся на территории его племени, тут не единственная.