Потеряшка

для корректировки сигналы маяков. Эта часть являлась наиболее сложной, и Жуупс прекрасно понимал это. Не пользуясь системой автоматической корректировки курса по маячкам, единственный пилот корабля просто физически не мог обойтись без сна в течение сорока трех земных суток. По крайней мере, если бы у нас на борту не было Анны, для меня такой переход выходил за рамки возможного. В этом и крылась главная опасность. Если система корректировки маяков, переданная нам на тестирование, даст сбой, мы окажемся ее первой жертвой. Ценой такой жертвы с легкостью могла стать наша жизнь. В конце же разговора Шила попросту добила Жуупса:
– Уважаемый Жуупс, перед окончательной точкой в договоре я хотела бы оговорить надбавку за преждевременное выполнение задания, – сказала Шила. – Причем она должна быть отдельно за каждую из двух частей задания.
– Но зачем?! – удивился Жуупс. – Хорошо, если вы успеете уложиться в оговоренные сроки. Если честно, мы сильно надеемся сохранить приличную часть оговоренного с вами гонорара.
– Уважаемый Жуупс, каждый договор – это своего рода шедевр, – не впечатлилась Шила. – И как любой шедевр должен быть закончен. Окончательным мазком нашего шедевра, по моему взгляду, будет именно этот пункт.
– Ладно, капитан, ты меня уела, – в переводе голоса Жуупса мне показалась ирония. – Какая разница, пусть будет этот пункт, все равно ему не сбыться.
Мы оговорили место загрузки маяков и получения всех необходимых инструкций, как по местам установки, так и по монтажу и запуску маяков. Для подстраховки нам дополнительно выделили два маяка. По большому счету, ничего секретного, кроме канала связи и неких дополнительных модулей, в маяках не стояло, так что компания особенно ничем не рисковала. Правда, у нас на борту имелся еще хозяйский модуль навигации – штука сама по себе не дешевая – но наш экземпляр имел фиксированный канал связи с маяками, так что толку от него в плане наживы было немного. Нужно сказать, что многие крупные транспортные компании прокладывали свои скоростные надпространственные трассы, только воспользоваться ими стороннему дальнобойщику было совершенно нереально из-за постоянной смены опознавательных кодов маяков. Даже военным и правительственным структурам доступ к этим трасам давался с большим скрипом.
– Странное вообще дельце нам подсунули, – озвучила моя подруга свои опасения после окончания аудиенции. – Да и головоног этот весьма неприятный тип.
– Что тебя насторожило? – уточнил я.
– Обычно такими работами занимаются собственные спецы корпораций, – рассуждала Шила. – Вряд ли для такого серьезного дела они наняли бы кого-то со стороны.
– Скорее всего, эта конторка является дочкой какого-то концерна, – попробовал рассеять я ее сомнения. – Видимо, по каким-то причинам они не хотят афишировать свое участие в открытии новой трассы.
– Меня волнует не это, – призналась Шила. – Хуже, если кто-то из мелких торгашей решил выйти в свет большого бизнеса и пытается втиснуться в бюджет таким вот незамысловатым образом.
– А нам-то что с этого грозит? – не понял я сути переживаний своей подруги.
– Маяки, – ответила она. – Они могут быть откровенным мусором, то есть дешевкой. И вот тут-то последняя часть нашего контракта перестает казаться мне самой простой. Если аппаратура связи или этих маяков окажется недоделанным хламом, мы рискуем навсегда отбыть в неизвестном направлении.
– Шиздахум поездахум, – в сердцах выругался я. – Как я об этом не подумал. Ну да ладно, придется немного напрячься, да и Анна у нас будет, пожалуй, получше всякой аппаратуры связи. Остается вариант положиться на самый настоящий русский «авось».
– Это какое-то твое божество? – уточнила Шила.
– Типа того, – согласился я, уточнив, – а зачем ты оговорку за скорость включила в контракт?
– Для порядка, – ответила она. – Чтоб потом не кусать локти, как ты однажды говорил. Кстати, Краппс сказал, что ресурс у этих игрушек невелик, скорее всего, они завянут через парочку местных годовых циклов, нам можно будет снова подписаться на работенку по техобслуживанию, если, конечно, компания к тому времени не реализует все свои интересы на этом маршруте.

В назначенное время, получив на борт маяки и все полагающиеся инструкции, мы начали первый прыжок, а время объявило нам поединок, пытаясь откусить от нашего контракта часть денег. Но в отличие от плана господина Жопса, я сразу рассчитал переход в первую точку установки маяка. Незачем было господину Жопсу знать о наших маленьких секретах, а сэкономленное на них время вполне еще могло нам пригодиться при непредвиденных обстоятельствах.
Пребывание на одном корабле с Шилой