Потрясающая красота

походила на девчонку из соседнего двора, только красивее. Да нет. Таких соседок, как эта девчонка, у него сроду не было.
— Долго объяснять. То, чего не смогла в своей жизни добиться моя мама, должна, по ее мнению, добиться я. Но это обычная ерунда между матерью и дочерью. Я ее единственный ребенок, и все надежды связаны со мной. — Мелани разоткровенничалась с незнакомым человеком, но он слушал внимательно, с явным участием, и поэтому она так легко открывала ему душу. Впервые Мелани почувствовала, что кого-то может заинтересовать ее внутренний мир.
— А мой отец мечтал, чтобы я сделал карьеру юриста. Он здорово на меня давил. По его мнению, инженер — скучная профессия. К тому же он постоянно твердит, что работа в слаборазвитых странах мне ничего не даст. Отчасти он прав, конечно, но с дипломом инженера я в любой момент смогу сменить специализацию. А юридический факультет я бы возненавидел. Отцу хотелось, чтобы в семье были врач и юрист. Моя сестра физик, преподает в Массачусетсском технологическом институте. У моих родителей просто пунктик насчет образования. Но ведь никакие дипломы человека из тебя не сделают. Одного образования недостаточно. Я хочу, чтобы от меня реально что-то зависело в этом мире. Мои же считают, образование для того, чтобы зарабатывать деньги.
Парень был, очевидно, из образованной семьи, и Мелани не могла объяснить, что ее матери нужно только одно — чтобы ее дочь была знаменита. Самой Мелани хотелось учиться, и она все же рассчитывала поступить когда-нибудь в колледж. Правда, времени при ее занятости — записях и выступлениях — совсем не оставалось, и, если продолжать в таком темпе, мечта так и останется мечтой. Стремясь хоть как-то восполнить пробел в образовании, Мелани много читала и о том, что происходит в мире, имела отчетливое представление. Ей не нравилось, что шоу-бизнес заполняет ее жизнь без остатка.
— Что ж, пойду, пожалуй, — наконец сказал парень. — Мы сегодня варим морковный суп. Повар из меня, правда, никудышный, но пока этого никто не заметил. — Том беспечно рассмеялся и выразил надежду, что они обязательно еще как-нибудь встретятся с Мелани в Пресидио. Мелани, в свою очередь, пригласила его заходить в лазарет, если что, хотя уж лучше пусть все будет в порядке. И парень, махнув рукой на прощание, ушел.
В комнате появилась сестра Мэгги.
— А он ничего себе, — заметила она с блеском в глазах, а Мелани захихикала, как простая девчонка-подросток, которой, в сущности, и была.
— Ага. Приятный. Заканчивает Беркли, будущий инженер. Из Пасадены. — Этот парень как небо от земли отличался от Джейка с его смазливой внешностью, актерством и постоянной реабилитацией в наркологических клиниках. А ведь она его любила. Но вот недавно пожаловалась Эшли, что Джейк ужасный эгоист, никого, кроме себя, в упор не видит. Мелани стала сомневаться в его верности. А Том производил впечатление порядочного человека, хорошего доброго малого. Если б она говорила о нем с Эшли, то сказала бы, что он даже очень ничего себе. Классный. Парень что надо. С мозгами. И потрясной улыбкой.
— Может, вы с ним как-нибудь встретитесь в Лос-Анджелесе, — с надеждой в голосе проговорила Мэгги.
Ей нравилось, когда между молодыми людьми зарождались чувства. Нынешний бойфренд Мелани доверия у нее не вызывал. Он лишь раз заглянул к ней в лазарет и сказал, что воняет там жутко, после чего вернулся в свой ангар, чтобы и дальше валяться на койке. Работа на общественных началах его не прельщала, и он ничуть не смущался, что его обслуживали другие. Ему казалось нелепым для человека статуса Мелани разыгрывать из себя медсестру. Джейк придерживался тех же взглядов, что ее мать, которую страшно раздражало то, чем занималась ее дочь. Дженет пилила Мелани всякий раз, когда та возвращалась вечером из лазарета и без сил падала на койку.
Мэгги с Мелани снова погрузились в работу, а между тем Том, возвратившись в столовую, разговорился с приятелем, выпускником Университета Южной Флориды, в доме которого ночевал в день землетрясения.
— Я видел, с кем ты разговаривал, — улыбнулся приятель. — Ну и ловок же ты, черт возьми! Такую девчонку подцепил!
— Да, — покраснел Том, — она классная. И добрая к тому же. Из Лос-Анджелеса.
— Еще бы! — рассмеялся приятель. Они водрузили баки с морковным супом на огромную газовую плиту, доставленную Национальной гвардией. — Ясно, из Лос-Анджелеса, откуда же еще? Не с Марса ведь в самом деле.
Том не мог взять в толк, что в его последних словах так позабавило друга.
— Что ты хочешь сказать? Она могла бы жить и здесь.
— Черт! Ты что, голливудские сплетни не читаешь? Конечно же, она живет в Лос-Анджелесе — с ее-то карьерой! Господи, да она ведь недавно