Красивейший город Сан-Франциско разрушен страшным землетрясением. Здания лежат в руинах. И одно из них — фешенебельный отель, в котором проходил грандиозный благотворительный бал… Жизнь многих людей отныне изменится навсегда. Супруга богатого финансиста поймет, что, в сущности, совсем не знала собственного мужа… Юная поп-звезда осознает, что громкая слава не приносит счастья… А знаменитый фотограф полюбит со всей силой поздней страсти ту единственную, которая станет смыслом его жизни… Прошлого не вернешь. Каким станет будущее?
Авторы: Даниэла Стил
такси. Мелани хотелось одного — уехать, поскорее отделаться от осаждавших их журналистов. Захлопнув дверцу машины, Эверетт махнул на прощание рукой. Такси тронулись. Ну и неделька, подумал он. Стоило Мелани уехать, как пресса рассосалась за считанные минуты. Мелани вместе с Пэм поехала в первой машине, Эшли с Дженет — во второй. Джейк к тому времени уже давно уехал один. Администраторы и музыканты оказались предоставлены сами себе.
Эверетт огляделся по сторонам. Как же приятно вернуться домой. Лос-Анджелес ничуть не изменился. Просто не верилось, но все здесь шло своим чередом, тогда как Сан-Франциско пережил настоящий конец света. Сев в такси, Эверетт назвал водителю адрес того собрания «Анонимных алкоголиков», которое ему нравилось больше остальных. Ему захотелось побывать там до возвращения домой. И собрание оправдало его надежды. Эверетт рассказал о землетрясении, о встрече, организованной им в Пресидио, а под конец, не в силах сдержаться, проговорился, что влюбился в монахиню. Поскольку на собраниях по программе «Двенадцать шагов» перебивать выступающего не разрешалось, никто замечаний по этому поводу не высказал. Лишь потом, когда Эверетт закончил и к нему подошли расспросить про землетрясение, один из знакомых удивился:
— Ну ты, старик, даешь! Более недоступной женщины не мог выбрать? И что дальше?
— А ничего, — спокойно ответил Эверетт»
— Она ради тебя не оставит монастырь?
— Нет. Она верна обету.
— А как же ты?
Эверетт на минуту задумался.
— Буду жить дальше, — наконец ответил он. — Продолжать ходить на собрания. И любить ее вечно.
— И тебя такое положение устроит? — с сочувствием спросил приятель.
— Никуда не денешься, — тихо сказал Эверетт и быстро вышел на улицу, где поймал такси и отправился домой.
Вопреки обыкновению уик-энд Мелани решила провести спокойно — понежиться у бассейна, в полной мере насладиться уютом своего дома на Голливудских холмах. Подобный вид отдыха был выбран ею как самый подходящий для снятия многодневного стресса, хотя Мелани понимала, что многие испытали стресс гораздо более сильный, чем она. По сравнению с теми, кто получил увечья, потерял близких или лишился крова, она легко отделалась и даже почувствовала себя нужной, работая в лазарете. И потом, она познакомилась с Томом.
Джейк, как и следовало ожидать, ни разу после возвращения не позвонил. Но Мелани была этому только рада. Эшли несколько раз звонила, но трубку брала Дженет. Мелани к телефону не подходила, отговариваясь тем, что нет сил разговаривать.
— Тебе не кажется, что ты с ней чересчур строга? — спросила мать.
Стоял чудесный субботний день. Мелани возле бассейна делали маникюр. Пэм записала ее на массаж, и Мелани стали мучить угрызения совести: слишком уж она разленилась. Ей бы обратно в лазарет, к Мэгги. А еще неплохо бы увидеться с Томом. Впрочем, она рассчитывала на скорую встречу с ним. Теперь, вернувшись в привычный мир Лос-Анджелеса, она предвкушала ее с нетерпением. Мелани скучала и по Тому, и по Мэгги.
— Мама, она же спала с моим парнем, — напомнила она Дженет.
— А тебе не кажется, что это скорее его вина, чем ее? — Дженет любила Эшли. И пообещала ей все уладить.
Однако Мелани так не думала.
— Но ведь он ее не принуждал. Она взрослый человек, знала, что делала. Если б я или наша дружба что-то для нее значили, она бы так не поступила. А ей на все это плевать. Теперь мне тоже это до фонаря.
— Не глупи! Вы дружите с трех лет.
— Это моя позиция, — непреклонно ответила Мелани. — По-моему, наша дружба стоила того, чтобы хоть немного уважать друг друга. Ей, судя по всему, так не кажется. Ну и пусть забирает его себе. Я в эти игры больше не играю. Она поступила подло. Как видно, наши отношения для нее не то же, что для меня. Хорошо, что я теперь об этом знаю. — Мелани была тверда, как кремень.
— Я ей пообещала поговорить с тобой и все уладить. Не хочешь же ты выставить меня дурой или лгуньей?
Чем больше уговаривала мать, тем упрямее становилась Мелани. Для нее верность и честность не были пустым звуком. И это в мире, где все вокруг при первой же возможности стремились использовать ее — таково неизбежное следствие славы и успеха. Она ждала этого от любого, даже от Джейка, на самом деле оказавшегося мерзавцем. Но только не от лучшей подруги. Нет, она никогда не смирится с этим предательством. Поэтому ее злили попытки матери замять дело.
— Мама, я устала. Все решено. При встречах с ней буду вежлива, но не более.
— Ты чересчур сурова, — сказала Дженет.
Сочувствуя Эшли, она только зря тратила порох. Мелани не нравилось,
