Поваренная книга Мардгайла

с молоком и поджаренной мукой, лучше — на грибном бульоне. Если хотите поразнообразнее, можем сварить фасолевый с картошкой, накопаем молоденькой, или с лапшой — есть люди, которые любят именно фасолевый с лапшой. Но лично я посоветовал бы выбрать остренький, с перцем и толчеными орехами, или же мясной, лучше из баранины — мясо, правда, придется брать консервированное, да и рис у нас тоже не растет, но можно использовать рисовый концентрат — его у нас еще два ящика, третий начат. Вы только скажите, когда они будут на подходе, чтобы вовремя поставить на огонь.
— Ну, а еще что вы там вычитали? — спросил капитан Козырь, не очень доверяя, но уже надеясь на благоприятный исход.
— Тоже никаких сложностей. «Аз» — конечно же, азу, мы его не готовим, но замороженного бефстроганова у нас еще немало осталось, просто подливу сделаем другую; «сты», я думаю, это обрывок «капусты», вернее всего, речь идет о тушеной капусте, ее можно использовать, как гарнир, хотя в сочетании со строгановым это не классика, но в разных мирах бывают разные вкусы, верно? «На трет» — наверное, натереть надо все-таки, то есть, варить суп-пюре фасолевый. Это такая вещь — пальчики оближете!..
— А вот это: «доб», «рен»?
— Ну, это уже явно десерт. Предположительно речь тут идет о сдобе с вареньем. Ладно, джем у нас еще не перевелся, испечем не хуже, чем где-нибудь в Москве или Париже. Сейчас поставим тесто. Какие еще сложности, капитан?
— Да вроде бы никаких, — признал капитан Козырь и облегченно вздохнул — впервые за все последние часы. — Молодцы. Меню гостевого обеда утверждаю. Начинайте подготовку, чтобы и суп, и жаркое, и булочки — вся программа была готова. Да, кстати, тут еще в самом конце «вод» — это, как я понимаю, уже про напитки?
— Уж надо полагать, — ответил шеф-повар. — Но этого мы не готовим.
— Хотя при случае потребляем, — дополнил его коллега. — Запасы пока еще достаточные. Хватит и на гостей, не беспокойтесь. Если вы сами, конечно…
— Благодарю от лица службы, — перебил его капитан. — Ну что, директор — вернемся к связи, скоро должна уже объявиться наша посланница. Уверен, что от нее получим полное подтверждение поварской расшифровки.
— Все в порядке, — такими словами встретил начальников в рубке связи Вит Швабер. — Гермеза их нашла, потом сообщила, что идет на стыковку. Вот уже семнадцать минут прошло — думаю, скоро доложит об установлении личного контакта.
— Нормально, — кивнул капитан. — Земля не вызывала?
— Подтвердила прием нашего сообщения о высылке разведчика и еще раз напомнила о необходимости срочной передачи любой информации…
— Вот и прекрасно. Вызови их, передай вот что: «Проблема питания гостей решена, согласно сообщениям с корабля выработано меню обеда», дальше вот с этого текста. — Он передал связисту сделанную у поваров запись. — И сообщи, что личный контакт нашего представителя с кораблем установлен.
— Она еще не доложила…
— Сейчас и доложит, куда же она денется — и они тоже. И, словно откликаясь на эти слова, ожила станция ближней связи:
«Узел, докладывает Гермеза. Стыковка проведена, переходник установлен. Корабль стандартный, класса «ГД», Грузовик Дальний. Здешнего капитана пока видела только на мониторе — человек нормальный, как мы с вами, сейчас включаю открытие люка, приглашу капитана выйти на связь с вами».
— Я же говорил, — сказал капитан, — что она хорошая девочка. И я, пожалуй, начинаю верить, что все обойдется без пролития нашей крови. Только он не капитан, а шкипер. Ну, авось не обидится.
— Кто бы стал обижаться, — подкрепил его слова директор матчасти.
Шкипер королевской яхты, однако, заставил себя ждать. В течение почти трех минут до рубки связи Узла доносились лишь какие-то непонятные звуки, словно в тесной кабинке разведкатера происходила какая-то возня. Так что Колян Юр сделал даже такое замечание:
— Может, не надо было посылать женщину? Кто их знает, что там за народ в экипаже: какая-нибудь сборная солянка, и, наверное, изголодались по женской ласке…
Ответить ему никто не успел, потому что яхтенный шкипер наконец заговорил. Однако то, что он сообщил, оказалось для Узла совершенно неожиданным.
— Мы внимательно ознакомились с тем, что вы нам прислали, — сказал он. — Вынуждены заявить, что для его величества и сопровождающих его лиц там нет ничего сколько-нибудь пригодного. Весьма сожалеем. Правда, нам — экипажу — это пригодится, и мы не преминем воспользоваться.
— Какого черта? — Этими словами капитан Козырь выразил свое недоумение. — Ничего не понимаю. Алло, Гермеза! Что он там мелет? Гермеза!
Но прозвучавший в динамике голос снова оказался шкиперским:
— Ваша, гм… представительница