Поваренная книга Мардгайла

снял для экспериментов маленький домик рядом с университетом.
Осведомитель переминался на крыльце — его положение было незавидным. Информация оказалась ложной, дом был чист, не было в нем решительно ничего, кроме мебели, пыли и продавленных диванов. И сомневаться не приходилось. Ахмет-хан сам вёл зачистку. Дом был пуст, но брошен недавно — даже кресло хранило отпечаток чьего-то тощего полукружия.
В подвале было подозрительно пусто — пахло пометом, по виду кошачьим. Но кошки разбежались, покинув клетки, сорвав занавески и исцарапав подоконник. На газоанализаторе мигал зеленый огонек, мерно и неторопливо.
Ахмет-хан привалился к стене. Дело в том, что в доме тут и там гроздьями висел чеснок. Гирлянды чеснока струились по рамам, колыхались на нитках, свисающих с потолка.
Это было подозрительно — чесноком часто отбивали кофейный запах. Чеснок сбивал с толку служебных собак, да и газоанализатор в присутствии чеснока работал нечетко. Только пристанешь к хозяевам, ткнешь пальцем в гирлянды и связки — тебе скажут, что боятся комаров. Комары — это был известный миф о существах, сосущих кровь по ночам. Комары приходили в сумерках и успевали до утра свести с ума укушенных и лишенных крови людей.
Никто не верил в комаров до конца, никто не мог понять, есть ли они на самом деле. В комиксах их представляли то как людей с крыльями, то как страшных зубастых монстров. Внутри телевизионного ящика то и дело возникали люди, видевшие комаров — но они появлялись, как и сами комары, только после полуночи, в передачах сомнительных и недостоверных. Некоторые демонстрировали следы укусов по всему телу — но Ахмет-хан не верил никому.
Он верил только в одно — что чеснок в Городе используется для того, чтобы отбить запах. Это знает всякий. И чаще всего он используется, чтобы отбить запах кофе.
Кофе — вот что искала его группа социального обеспечения. Но подвал был чист.
За окном нарезала круги большая птица, нет, не птица — это вертолет-газоанализатор, барражировал над кварталом. И все равно — не было никакого толка от техники.
Оставалось только взять пробы и нести нюхачам в Собес. Там несколько пожилых ветеранов, помнящих еще довоенные времена свободной продажи кофе, на запах определяли примеси — ходили слухи, что лейтенант Пепперштейн мог отличить по запаху арабику от рабусты. Но никто, впрочем, не верил этой легенде.
Ахмет-хану было действительно нечего искать в подвале — потому что все самое ценное оттуда вынес похожий на мальчика Гриша.
Гриша прошел по улице до угла спокойным шагом, вразвалочку. Он издавна усвоил правило, гласившее: «Если сделал что-то незаконное, иди медленно, иди, не торопясь, иначе кинутся на тебя добропорядочные граждане и сдадут куда надо».
Но пройдя так два квартала, он не выдержал — и побежал стремглав, кутая что-то краем куртки.
Хейфец бежал по улице, не оглядываясь. Не спасет ничего — ни вера, ни прошлые заслуги отца, первого члена Верховного Совета, потому что теперь Гриша работал на ставших притчей во языцех хозяев кофемафии.
А за пазухой у него, будто спартанский лисенок, копошился пушистый зверок.
Этого зверка искали араби и рабусты и давали за него столько, что не потратить ни за пять лет, ни за десять — да только Гриша знал, что не успеет израсходовать и сотой доли, как его найдут с дыркой в животе и кофейной гущей в глотке. Так казнили предателей, а предателем он не был.
Хейфец бежал по улице и радовался, что дождь смывает все запахи — дождь падает стеной, соединяя небо и землю. Шлепая по водяному потоку, водопадом падающему в подземный переход, он пробежал темным кафельным путем, нырнул в техническую дверцу и пошел уже медленно. Над головой гудели кабели, помаргивали тусклые лампы.
Зверок копошился, царапал грудь коготком.
Хейфец остановился у металлической лесенки, перевел дух и начал подниматься. Там его уже ждали, подали руку (он отказался, боясь выронить зверка), провели куда нужно, посадили на диван.
К нему вышел Вася-рабуста.
— Спас кошку?
Хейфиц вместо ответа расстегнул куртку и пустил зверка на стол. Зверок чихнул и нагадил в пепельницу.
Вася-рабуста сделал легкое движение, и рядом вырос подтянутый человек в костюме.
— Владимир Павлович, принесите кошке ягод… Свежих, конечно. И поглядите — что там.
Подтянутый человек ловким движением достал очень тонкий и очень длинный нож и поковырялся им в кучке. Наконец, он подцепил что-то ножом и подал хозяину уже в салфетке.
Вася-рабуста кивнул, и перед зверком насыпали горку красных ягод.
Зверок, которого называли кошкой, покрутил хвостом, принюхался и принялся жрать кофейные ягоды.
В этот момент Хейфец понял, что материальные проблемы