Новая коллекция от составителя лучшей антологии 2004 года «Человек человеку — кот». Андрей Синицын представляет! Сергей Лукьяненко и Владимир Васильев… Александр Громов и Владимир Михайлов… Сергей Чекмаев и Василий Мидянин… Мэтры и молодые таланты отечественной фантастики! Фэнтези и «жесткая» научная фантастика! Юмор и ирония! ВСЕ МЫСЛИМЫЕ ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ЖАНРЫ — в увлекательном сборнике, объединенном темой… КУЛИНАРНЫХ ПРИСТРАСТИЙ и ГАСТРОНОМИЧЕСКИХ ПРИЧУД!
Авторы: Сергей Лукьяненко, Казаков Дмитрий Львович, Громов Александр Николаевич, Михайлов Владимир Дмитриевич, Варшавский Илья Иосифович, Синицын Андрей Тимофеевич, Березин Владимир Сергеевич, Прашкевич Геннадий Мартович, Байкалов Дмитрий Николаевич, Мидянин Василий, Овчинников Олег, Прошкин Евгений Александрович, Галихин Сергей, Кубатиев Алан Кайсанбекович, Васильев Владимир Германович, Харитонов Михаил Юрьевич, Вольнов Сергей, Власова Елена, Поляшенко Дмитрий, Юлий и Станислав Буркины, Чекмаев Сергей Владимирович
Впору воскликнуть: чему же отдает человек указанную «десятину» своего единственного неоспоримого сокровища?! Кому посвящает?..
Согласен, звучит поистине двусмысленно. Особенно — в контексте перечисления церковными канонами совокупности самых неблаговидных пристрастий, за которые после смерти обещано наиболее суровое воздаяние. Эти соблазны издревле поименованы как смертные грехи, и чревоугодие — ни много ни мало! — относится к их числу. Но, опять-таки, резонный вопрос: а что же, собственно, считать чревоугодием? Если упомянутую «десятину» — тогда адресат изменяется кардинально, направление вектора корректируется на противоположное. Прием пищи — это роковая неотвратимость. Недаром во многих языках «живот» и «жизнь» — или синонимы, или далеко не чуждые по смыслу слова… Относить же к греху ублажения желудка то время, что превышает десятую часть жизни, — тем более странно. Следовательно, принципиальное значение имеет именно эта величина соотношения, вызывающая неизбежную ассоциацию с десятиной церковной…
Хочется спросить: для КОГО выдерживается эта пропорция — ни больше ни меньше?! Вопросы. Вопросы. Вопросы… Пища для мучительных размышлений, прошу извинения за невольный каламбур, коллеги.
Хотя многие из вас, наверняка, в эту секунду подумали о том, что на самом деле «пищевая» статья расхода жизни намного весомее. Если приплюсовать время, которое отнимает процесс добывания еды, скрупулезно подсчитать, например, сколько его уходит у современного человека на вынужденное зарабатывание денег для покупки продуктов и напитков, сколько его убивается на мысли о еде, порой всепоглощающие… То есть, в совокупности с косвенными затратами, вышеупомянутое «застолье» составляет чуть ли не половину времени жизни. Сложим с количеством времени, отданным столь же неизбежному сну, и получим ужасающее число. Вывод неутешительный, если не сказать прискорбный: на остальные сферы жизнедеятельности приходится в лучшем случае около двадцати процентов. На все про все, на то, чтобы ЖИТЬ, а не просто набивать живот и спать, времени у каждого человека в распоряжении имеется… на самом деле едва ли пятая часть от того, что человек полагает временем своей жиз…»
Этим словам не было суждено прозвучать на научной конференции, ибо на место ее проведения их автор не добрался, по дороге угодив в автокатастрофу; слова эти — фрагмент аудиозаписи размышлений, которую надиктовал Айвен В. Торсон, доцент кафедры прикладной культурологии Европейского университета в Аахене; носитель — застрявший в листьях клена, растущего близ городского мусоросжигателя, обрывок магнитофонной пленки из разломанной кассеты, некогда содержавшей черновые наброски несостоявшегося доклада.
— О-о! Какие люди и без охраны! Игорь! Ты?! Привет, неуловимый!
— От такого и слышу! Колян, здорово! Вот кого сто лет не видел, так это тебя. Незримый… Ты часом не шпионом работаешь?
— Какой
