Новая коллекция от составителя лучшей антологии 2004 года «Человек человеку — кот». Андрей Синицын представляет! Сергей Лукьяненко и Владимир Васильев… Александр Громов и Владимир Михайлов… Сергей Чекмаев и Василий Мидянин… Мэтры и молодые таланты отечественной фантастики! Фэнтези и «жесткая» научная фантастика! Юмор и ирония! ВСЕ МЫСЛИМЫЕ ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ЖАНРЫ — в увлекательном сборнике, объединенном темой… КУЛИНАРНЫХ ПРИСТРАСТИЙ и ГАСТРОНОМИЧЕСКИХ ПРИЧУД!
Авторы: Сергей Лукьяненко, Казаков Дмитрий Львович, Громов Александр Николаевич, Михайлов Владимир Дмитриевич, Варшавский Илья Иосифович, Синицын Андрей Тимофеевич, Березин Владимир Сергеевич, Прашкевич Геннадий Мартович, Байкалов Дмитрий Николаевич, Мидянин Василий, Овчинников Олег, Прошкин Евгений Александрович, Галихин Сергей, Кубатиев Алан Кайсанбекович, Васильев Владимир Германович, Харитонов Михаил Юрьевич, Вольнов Сергей, Власова Елена, Поляшенко Дмитрий, Юлий и Станислав Буркины, Чекмаев Сергей Владимирович
заказал… Может, чего посущественнее надо? Я счас!..
— Да брось ты… Не хочу я есть. Подташнивает меня что-то… Ты вот правильное слово употребил — чревоугодные. Только, спрашивается… «чрево-угодные» кому?..
— Ну, и кому, дружище?
— Тише, Игорь, не кричи… «Им» угодные… «Им». Тебе могу рассказать, ты ведь тоже, оказывается, об этом…
— Чего это ты все озираешься?
— Мало ли… Слушай, Игорь, мою… э-э, параненормальную гипотезу. Только не шуми и не торопись диагноз уточнять. Значит, представь… «Они» где-то там… над нами. Сидят в этом «где-то там» эти сущности продвинутые и бдительно секут за нами… Обсерватория у них… естес-с-ственно… наблюдают они, значит… только не за звездами… на хрен они им — громадные да несъедобные… Не-а… не за звездами… ЗА НАМИ… А мы — это не совсем мы… в том виде, какими привыкли себя осознавать. Мы… э-э, такие аморфные тела. Знаешь на что похожи больше всего? На грибы! Только опять-таки — необычные… Во-о-от… Мы, значит, грибы такие, а вся планета наша — плантация… И естес-с-ственно — условия на нашей плантации кем-то подобраны… культивированы, вот. А может даже, представляешь, специально смоделированы, с одной единственной целью — СООТВЕТСТВОВАТЬ требованиям технологического процесса… И вот эти фермеры, блин, в своей обсерватории сидят и надзирают за своим хозяйством… А как только какой овощ или фрукт поспел — р-раз, и полезай в рот! Или, например, если сгнил — вырвать его, с грядки вон… Ай!!! В висках как кольнуло…
— Тише-тише… что с тобой? Давление?
— Да нет, я вроде не гипертоник… Просто что-то кольнуло… И тошнит… может, коньяк паленый… Так вроде заведение солидное.
— От паленого давно бы вывернуло, и не тебя одного… Ладно, расслабься. Ну ты наворотил! Чего же тогда вокруг все тихо и спокойно, никого не срывают прямо на глазах у прохожих, никого не надкусывают на пробу… Хрум, и нету головы! Прямо фильм ужасов какой-то… Я давно уже не верю в происки инопланетян.
— И-и-игорь… я тебя умоляю… Ну не так же примитивно, я думал — ты сразу просечешь эту кухню… И не происки, а поиски… Да не мы сами грибами-то являемся, а та неуловимая, аки душа, частица в нас. Условно говоря, наша внутренняя творческая мастерская… А нас-то самих «те», может быть, точно так же в упор не замечают… Как и мы «их». Понимаешь, «их» ведь только в чистом виде человеческая способность творить интересует! Процесс, выдающий продукт! И как только у кого-то из творческих личностей что-нибудь народилось… м-м-м, съедобное… а эти «фермеры» уже тут как тут. Ра-а-аз! И слопали! Вот вникни… Это мы думаем, что нас Творчество съедает… А на самом деле — эти всевышние «фермеры»… И едят они самое вкусное… Нечто, что способна выработать… э-э, выпестовать и взлелеять наша способность вообразить то, чего вроде бы нет в реале… А-ам, и нету! Недаром чаще всего гениальные люди умирают молодыми. Года этак в тридцать три, по традиции…
— Подожди… я попробую все это по своим полкам расставить…
— Да что тут расставлять! Вот смотри… несомненно, что Творчество сжирает творца… Ну сам посуди. Вспомни хоть кого-то из наших, кто нормально живет? Все, понимаешь, ВСЕ чем-то расплачиваются… Кто семьей. Кто любовью. Потерей самых дорогих и близких людей платить приходится… Кто кругом общения… материальным достатком… Кто еще только накапливает свои творческие силы, чтобы у него съели все сразу, оптом… Чуть попозже… Спиваются, кончают с собой. Помирают нестарыми от внезапных болезней… Но чаще всего — с ума сходят. Разума лишаются в самом прямом смысле… Сжирает ОНО нас, сука! Прям-таки поедом ест! Лопает… Оно… или они… она… неважно, сколько их. Но КТО-ТО там где-то наверняка… имеется. И смотрит. Смотрит, смотрит…
— Знаешь, Колян… Я чем больше тебя слушаю, тем мне все муторнее становится… Неспокойно как-то. Давай лучше хряпнем еще по полной… чтобы мысли смазать…
— Это запросто… но не поможет…
— Надежда не первой умирает. Ну, держи…
— Игорь, ей-богу, не случайно мы с тобой встретились сегодня, ох не… Я понял, кажется… Вот говорили, депрессия после всплеска творения… пустота… Да мы с тобой… и такие, как мы с тобой… Люди. Просто мелкие демиурги… подмастерья, возомнившие себя мастерами, А поди ты… туда же! Копии, а туда же. Страдаем, как оригинал… Места не находим… Творцы местного разлива, блин горелый! Раком по сковородке! Игорь, вот ты только вникни… Ты только представь… Создал человек нечто из ряда вон! Небывалое. То, чего до него никому не удавалось… Что угодно — стихотворение, поэму, рассказ, повесть, роман… картину, фильм, мелодию, компьютерную программу, систему очистки окон… что-то там еще. Неважно. Лишь бы по-настоящему новое… такое, что до него никто НЕ ТВОРИЛ… И за это — рвет его изнутри, жрет поедом, корежит… Штырит-плющит-колбасит…