Поваренная книга Мардгайла

час достаточно вдумчивой игры счет два один в пользу Патакона. Я так увлекся игрой, что искренне и близко к сердцу принимаю поражения. Патакону кажется все равно, выигрывать или проигрывать, он получает удовольствие от самой игры. От комбинирования ходов, от предугадывания ситуаций. Игра ради удовольствия. Я всегда завидовал людям, умеющим спокойно смотреть на мир. Без истерики и эйфории.
— Что ты делал в санчасти? — спрашиваю я, делая короткую рокировку.
— Когда? — невозмутимо спрашивает Патакон.
— Вчера.
— Давление мерил.
— Тебя видели за компьютером.
— Когда?
Ловлю себя на неожиданном приступе гнева. Осторожно делаю глубокий вдох. Беру себя в руки. Успокаиваюсь.
— Вчера.
— Кто?
— Я.
— Информацию искал.
Патакон отступает слоном. Ой-ой-ой. Какую бяку он мне приготовил…
— Какую информацию? — спрашиваю я и отступаю ферзем.
— Может меня съесть Дершог или подавится.
— Ну и как?
— Этот не подавится.
— Боишься?
— Опасаюсь. А ты не боишься?
— Я — нет.
— А зря. Таких, как ты, на него троих надо.
— Значит, ты всерьез веришь в угрозу своей жизни?
— Дельф тоже не верил.
— Но его же не съели.
Патакон поднимает глаза и смотрит на меня как всегда спокойно, но в последнее время еще и немного грустно.
— А откуда ты знаешь? Может, ему кто-то уже ноги обглодал. Ты что проверял тело?
— А с чего ты взял, что кто-то должен обглодать ему ноги?
— Кто-то же должен иметь с ним молекулярную и биохимическую совместимость.
— Совсем необязательно, что кто-то из наших.
— Необязательно, — соглашается Патакон. — Шах.
Взбрык почти вбегает в кают-компанию. Мы с Патаконом поворачиваемся в его сторону, Маринг, заслышав шум, открывает на несколько секунд глаза и, увидев, кто пришел, снова закрывает их.
— Вот вы где… — говорит Взбрык. — А я по интеркому ищу, нет никого в каютах… — и садится рядом с Патаконом.
Я хмыкаю. Вывожу короля из-под удара. Сейчас начнет давать советы…
Так и есть. Через шесть ходов Взбрык предлагает срубить моего коня. Патакон на советы не реагирует. У него своих идей полно.
Проходит еще десять минут, я таки проиграл партию. Нелепо проиграл. Но ничего уж не поделаешь.
— Будешь играть? — для приличия спрашиваю Взбрыка.
— Плохо играю.
Патакон встает из кресла.
— Расставляй, — говорит он и выходит из кают-компании.
Я расставляю фигуры. В коридоре слышатся голоса. Взбрык настораживается. Смотрит в коридор но, похоже, ему не видно разговаривающих, и плохо слышно о чем они говорят.
Входит Люч.
— Какие новости, капитан? — спрашивает Взбрык.
— Новости есть, — говорит Люч и идет к шахматному столику,
Я смотрю на него, Маринг встает с травки, подходит к нам.
— Хорошие или плохие? — уточняет Взбрык.
— Сейчас все соберутся, и я объявлю.
— В чем дело, адмирал? — от порога гремит Дершог. — Зачем ты просил меня прийти?
— Сейчас вернется Патакон и вы все узнаете. Посиди пока.
— А куда он пошел? — не унимается большой кузнечик.
— По нужде. Что ты такой нетерпеливый?
Взбрык обижается. Встает. Начинает прохаживаться по кают-компании.
Признаться, нам всем не терпится узнать, что там за новость. Мы все надеемся, что наш сигнал услышан, к нам идет помощь. Но откуда это знать Лючу…
В коридоре снова слышится шум. Мы оборачиваемся к двери. В кают-компанию вбегает Патакон, открывает рот, что-бы сказать что-то, но замечает Дершога и замирает. Его глаза из настороженно напуганных превращаются в напугано растерянные.
— Что случилось? — Люч напуган ничуть не меньше. Патакон смотрит на Дершога, потом на Люча, снова на Дершога. Неприятное ощущение необъяснимого страха появляется и у меня. Чувствую во рту металлический привкус, маленькие мурашки пробежали по щекам и шее.
— В морге кто-то есть, — наконец смог выдавить из себя Патакон.
— Кто есть… — Люч медленно поднимается из кресла. — Все здесь… Что ты несешь…
— Я шел мимо. Вдруг слышу… шум. Остановился, прислушался. Слышу тихий лязг металла. А потом точь-в-точь как шум поддона, когда его выдвигают из морозильника.
— И ты решил, что это я мертвеца глодаю, — говорит Дершог, догадываясь о причине столь странного взгляда.
— Может, тебе показалось? — Люч понимает состояние Патакона. Ему сейчас что угодно привидится.
— Я еще не сошел с ума! Там кто-то есть! Спорить можно до бесконечности.
Люч выходит из кают-компании первым, за ним Дершог и Патакон. Взбрык судорожно смотрит то на меня, то на Маринга. Маринг спокойно стоит рядом со столиком. Я встаю, иду следом за всеми. Взбрык