Поваренная книга Мардгайла

обгоняет меня. Марингу ничего не остается, и он лениво идет за нами. У меня в голове снова появляется идиотская мысль, которую я всего несколько часов назад выгнал взашей, доказав, что этого не может быть.
Прибавляю шаг.
В санчасть мы вваливаемся почти одновременно, лишь Маринг немного отстает. Еще несколько шагов, и мы в морге. Нас всех в полном смысле слова прошибает столбняк…
Нижняя левая ячейка открыта, поддон с ванной наполовину выдвинут. Из ванной поднимается жидкий парок охладителя. Первым в себя приходит Дершог.
— Если ни у кого нет других идей, я бы предложил обшарить жилой модуль еще раз.
— Кого ты надеешься найти? — спрашивает Люч.
— Того, кто выдвинул поддон.
— А когда ты пришел в кают-компанию? — спрашивает Патакон.
Мы смотрим на Дершога. Вопрос для Патакона вполне уместный. Вот только Дершог не мог быть в морге. Он появился сразу же за Лючем, как только тот поговорил с Патаконом и вошел в кают-компанию. Он, конечно же, мог выдвинуть поддон, но только не в тот момент, когда Патакон проходил мимо санчасти.
— Он пришел сразу после того, как ты вышел, — отвечаю я за волка.
Патакон в растерянности. Судя по всему, единственный, кого он заподозрил, оказался вне подозрений.
Я до конца выдвигаю поддон, осматриваю тело Дельфа. Все на месте. Теперь коллеги с некоторым удивлением смотрят на меня. Дершог… Дершог как раз спокоен. Он понимает, что осматривая Дельфа я, во-первых, успокаиваю Патакона и Взбрыка, во-вторых, просто проверяю версию, пусть и абсурдную.
«Но, черт возьми, даже если предположить, что Патакон с перепугу услышал то, чего не было, то кто тогда выдвинул поддон? Хотя… Это мог быть кто угодно и времени у него было предостаточно. А Патакон всего лишь увидел тело. Остальное он просто дофантазировал, чтобы ему поверили. Тогда остается узнать сущую малость: зачем Патакона занесло в морг, если он собирался идти по нужде? Господи, с каждым часом новые загадки. Если не опухну с голоду, сойду с ума от размышлений».
Через полчаса мы сидим в кают-компании. Голографический симулятор превратил ее в небольшую лесную поляну, где-то в горах. В дальнем левом углу журчит ручей, на ветвях щебечут птицы, солнце выползает из-за горизонта.
Сидим молча.
«Что произошло в морге? Скорее всего, чья-то шутка. Кто-то развлекается со скуки. Кто? Только Дершог. Остальные слабоваты для таких шуток. Но Патакон клянется, что слышал шум».
— Люч, ты грозился ошарашить нас новостью, — напоминаю я.
— Да-да, — оживляется Взбрык. — Мы действительно забыли об этом.
Люч ерзает в кресле, усаживается поудобнее. Посреди лесной горной поляны широкое шаргашское кресло выглядит, конечно, диковато.
— Новостей две, — говорит Люч.
— Одна плохая, другая хорошая? — спрашивает Маринг.
— Действительно одна новость хорошая, вторая… А о второй вы наверное давно догадывались сами. Итак первая. Наш сигнал услышан.
Люч берет паузу. Мы молчим. Мы просто не можем реагировать. Слабость, нервное перенапряжение. А теперь облегчение. Смерть, вроде как откладывается.
— В это трудно поверить, но мой компьютер смог зафиксировать слабый сигнал. Всего один раз. Это обрывок радиограммы, которую они очевидно постоянно повторяют. Нас услышал звездолет Торговой федерации «Меркурий». Он изменил курс и идет к нам. Но он придет не раньше чем через пять недель.
— Это вторая новость или будет еще хуже? — спрашивает Дершог.
— Это вторая новость.
— А тебе мало? — сквозь нервный смешок спрашивает Взбрык. — Тебе этого мало?
— Мне этого достаточно, — спокойно отвечает Дершог. — Мне достаточно того, что нас услышали и к нам идет помощь. Пищевая добавка у нас еще осталась. Мало конечно, но на пять недель можно постараться растянуть.
— Чего там на пять недель растягивать? — срывается Взбрык. — Мы же считали, у нас на четыре недели и то с трудом хватит. А тут пять…
— А я согласен, — говорит Маринг. — Пять недель протянуть можно. Тяжело, конечно, но выхода нет.
— Я тоже согласен, протянуть можно, — говорит Патакон. — По крайней мере попробуем.
Щебетание птиц становится более мелодичным, ручей журчит тише. Мы сидим полукругом. Я уже минут двадцать думаю, что для нас будет лучше: запереться по каютам или как можно чаще собираться вместе.
Дершог поднимается с поваленного дерева, неспешно подходит к большому камню, прислонившись спиной к которому сидит Патакон. Артулунк лишь поворачивает голову в его сторону. Таркар садится рядом.
— Извини, — говорит Дершог. — Вчера я не подумал, когда…
— Я понимаю, — отвечает Патакон. — Действительно есть разница между теми артулунками, что на Гольтикапе, и нашей