Поваренная книга Мардгайла

набирает на интеркоме код каюты Патакона.
— Мы ждем тебя. Поторопись пожалуйста. Тишина. Маринг смотрит на нас и повторяет попытку.
— Патакон. Ты меня слышишь?
Тишина.
— Патакон.
— Может, по нужде вышел? — неуверенно говорит Взбрык.
— Может и вышел. Вот только пришел ли…
Никто не воспринимает слова Дершога как злую шутку. Мы спешно выходим из столовой и идем в каюту Патакона. Дверь в каюту закрыта. Я стучу по ней костяшками пальцев. Никто не отвечает. Стучу кулаком. Никакой реакции. Меня отстраняет Люч. Он молотит по двери ногой, кричит. Из каюты не слышно ни звука.
— Сергей, есть возможность открыть дверь без личного кода?
Замечаю тусклый зеленый огонек в правом углу замка.
— Дай-ка попробую.
Нажимаю кнопку. Дверь шипит, ползет в сторону.
— Не заперто, — говорю я.
Не переступая порога мы заглядываем в каюту. Там полный порядок. Артулунки патологически чистоплотные существа. У них всегда и во всем полный порядок.
— Морг, — говорит Дершог. Пояснений не требуется. Мы бежим в санчасть.
В морг я вхожу первым, останавливаюсь, делаю глубокий вздох. За спиной толкутся остальные. Делаю еще один вдох, но какое, к черту, спокойствие. Открываю камеру с Дельфом, выдвигаю поддон. Тело на месте. Дершог выдвигает поддон до конца, внимательно осматривает Дельфа.
— Как будто все на месте… Правда можно было вскрыть тело и забрать внутренние органы…
— Перестань ерничать! — неожиданно орет Люч. — Для шутки тоже есть время!
За все время, что я был на станции, как орет Люч, я слышал всего лишь дважды. Первый раз, когда он общался с членами научного совета и разносил в щепки бредовую идею о вероятности нарушения магнитного поля планеты при использовании нами мощных силовых генераторов. Второй раз во время аварии, когда он руководил аварийными работами.
— А я и не шучу, — равнодушно отвечает Дершог. — Это всего лишь один из вариантов.
— Спокойно, коллеги, спокойно, — я пытаюсь заставить всех думать только о главном. — Либо мы с голоду бесимся, либо с Патаконом случилась беда.
— Либо он что-то скрывает от нас, — добавляет Взбрык.
— Во всех случаях нам нужно его найти и как можно скорее, — подводит черту Люч. — Между палубами есть всего три трапа. Дершог. Ты справишься один?
— Справлюсь.
— Мы делимся на пары. Взбрык… — Люч замолкает на полуслове, смотри на меня, Маринга и Взбрыка. — Ты пойдешь со мной. Сергей, ты с Марингом. Мы берем крайние переходы, Дершог центральный. Сейчас возьмем переговорные станции и вперед. Начинаем с первой палубы. Все.
Мы начинаем обыск. Монотонный и изнурительный по напряжению. Очень скоро я поймал себя на мысли, что боюсь. Мне не хочется заходить в следующий отсек. Маринг же, как мне показалось, спокоен.
«Интересно, испытывают ли риарвоны страх? Я не так много с ними общался, но, признаться, ни разу не видел, чтобы у риарвонов были эмоции. Страх или радость. Кажется, они ко всему равнодушны. Наверное, не стоит так вот запросто поворачиваться к нему спиной».
Рывком открываю дверь четырнадцатого отсека. Пусто. Идем на вторую палубу. Здесь проще. Здесь все знакомо. Все каюты закрыты. Патакон пока что не встретился. Ни в виде коллеги, ни в виде тела.
Поднимаемся на третью палубу. Процедура повторяется, результат тот же. Встречаемся с остальными возле шлюзовой камеры. Люч задумчив, Дершог спокоен, Взбрык немного возбужден. Похоже, он только что излагал Лючу какую-то свою идею и теперь доволен тем, что его выслушали. Больше того, Люч, как будто, принял сказанное к сведению.
Все в растерянности, но Маринг… Такое ощущение, что исчезновение Патакона его беспокоит меньше всего.
— Как у вас? — спрашивает Люч.
— Пусто, — отвечаю я.
— У меня тоже ничего, — отрицательно качает головой Дершог.
Я стою и не знаю что делать. Хочу, чтоб кто-то отдал мне команду, как в армии. Мне кажется, похожие мысли посетили моих коллег. Странные ощущения.
— Ну что же, — говорит Люч. — Здесь стоять бессмысленно. Давайте спустимся в столовую.
— То есть как спустимся? — удивляется Взбрык. — А как же Патакон? Мы что больше не будем его искать? С глаз долой — из сердца вон?
— Что ты предлагаешь? — демонстративно сдержанно спрашивает Люч. — Обшарить жилой модуль еще раз?
— Я понял, — Взбрык нервно улыбается, трясет вытянутой вперед правой лапкой. — Вы договорились… Я понял… Вы приговорили его…
— Что ты несешь? — морщусь я.
— А ты молчи. Слепец! Ты не видишь очевидного. Посмотри в их глаза. Они его приговорили. Им нужна пища.
— Что ты несешь, — морщась повторяет мои слова Люч. — Ты послушай сам себя.
— У него стресс, — равнодушно