уменьшит вес исходного изделия, так как?
— Лучше на пластины нанести стекло, толщина металла играет большую роль, мастер Аарон.
— Понятно. Так, давай дальше, вот это что?
— Для регулировки зеркал, если амулет упадёт, и от сотрясения пластины сместятся, или придётся разбирать, менять зеркала. Там внизу есть рисунок гнутого шестигранного крючка — это специальный ключ для этих вот гнёзд, — Костя чиркнул ногтём по чертежу в нужных местах. — Как видите, зеркала под углом расположены, чтобы отражение от первого зеркала до последнего нормально доходило. Угол этот и будет регулироваться ключом.
— Никогда такого не видел. Наработка учителя или ваша?
— Изобретение древних умельцев, сейчас про них уже все забыли.
— Да, было время, и жили в нём мудрецы не чета нынешним. И кому нужна была та война? — вздохнул Костин собеседник — Таких людей погубили, столько бесценных знаний потеряли, которые сейчас только с помощью венторов и можно получить, да и то частично. А языки? Вот вы, сколько знаете языков? А из древних? Сможете прочитать старые записи?
— Так есть же переводчики, словари. Того же Старма Версернила хорошо переводят, недаром его тексты пользуются небывалым спросом.
— Наслышан про этого древнего, вот только пользы-то с его трудов на ломаный пейк. Наречие, на котором он писал, редкое, но оказалось доступно пытливым умам. А вот маги сохраняли свои записи на старейших языках, которые в то время уже мало кто знал, а кроме этих наречий, создавали свои, в каждой крупной школе имелся свой шифр-язык. Вот эти сведения нам всем нужны, а не вульгарщина похотливого басноплётца из древности.
— Мастер Аарон, я всецело разделяю ваше негодование и сожаление, но давайте вернёмся к моим чертежам.
— Как скажете, прошу простить меня за эту слабость, накипело просто…
Результат мастер пообещал предоставить через пять дней.
Дома Костя вновь придвинул к себе перо с чернильницей и стопку бумаги. Вновь заниматься писаниной было настолько лень, что парню пришлось чуть не заставлять самого себя браться за линейку и перо. Собирался он переделать пулемёты на големе. Имеющийся калибр его устраивал не всем. Скорость тяжёлого снаряда невысокая, круглые пули, несмотря на нарезы в стволе, не обладают высокой точностью. Иногда поршень их сминал, создавая угрозу заклинивания ствола, и тогда снаряд вообще летел куда угодно, только не в цель. Нужен был калибр пули поменьше, не круглой формы, а приближённой к привычным на Земле. В идеале — стреловидным.
Первым делом Костя уменьшил калибр до семи миллиметров, увеличил длину ствола, теперь голем едва не цеплял оружием землю при распрямлённой и опущенной конечности. Саму конечность сильно изменил, увеличив бывший ствол в три раза, превратив тот в баллон высокого давления, накачиваемый воздухом при помощи поршня, до этого разгонявшего круглую пулю. Ствол расположил поверх баллона. Устройство системы предварительной накачки Костя знал великолепно. Недаром у его отца кроме обычного огнестрела ещё парочка охотничьих (правда, запрещенных к применению в родной стране, но разрешённых к хранению) пневматических винтовок в сейфе хранится. Одна из них — чудовищная Career Dragon Slayer, мощнее всяческих ‘мелкашек’ с усиленным патроном, вторая — девятимиллиметровая Evanix Windy City. Для накачки баллонов у подобных систем требуется оборудования для заправки сухим воздухом, как у аквалангистов, но магия позволила Косте обойти этот пункт. Благодаря рунам легко справился со спусковым устройством и клапанами (самая проблемная и громоздкая часть у всех пневмовинтовок, особенно боевой клапан). Зато с питанием патронами промучился пять дней. Самое идеальное — барабан, но тупой голем вряд ли сможет перезарядить оружие самостоятельно, а максимум влезало — двадцать пуль.
Начертил приёмник ленточного питания и расположил короба под локтевыми сгибами. Потом забраковал, риск был, что неуклюжий голем попросту оторвёт случайно, зацепиться за что-нибудь. Остановился на ленте в наспинном контейнере и проходящей по жестяному коробу, оборудованному роликами, вдоль плеча. Лента с пулей проходила вдоль приёмника и загонялась в ствол пустотелым штоком с клапаном, через который пускался воздух, разгонявший пульку в стволе. Две руны — на корпусе редуктора и штоке, помогали возвращаться последнему на место. Со стороны стрельба напоминала работу швейной машинки, где иглой был шток, а прокалываемой материей — лента с пулями. Снаряды вышли длинные, по три сантиметра в длину с четырьмя поясками на теле и остроконечной головкой. Но что самое неприятно, требовалось их несколько сотен для каждого ‘ствола’. Отливка из свинца — быстрое и не очень дорогое решение
