трюк, бросились за ‘торговцем’, оставив позади галеру охраны, на которой кипела суета — экипаж пытался поставить мачту с парусом, чтобы ускорить свой ход.
Разбойники, таким образом, ставили себя в невыгодное положение, зажатые между двумя судами. И с обычными кораблям им ничего не грозило. Ну, что такое три десятка солдат на галере и десятка полтора или два на купеческой посудине для восьмидесяти бойцов? Пираты успеют взять на абордаж ‘торговца’ и встретить подоспевшую охрану, которая даже не сможет стрелять из своего метателя, опасаясь задеть союзника.
Другое дело, что в трюме галеры сидели ещё тридцать наёмников и сорок, не считая экипажа, пряталось на ‘купце’. Сотня против восьмидесяти. Плюс, Костя со своими амулетами и второй маг, командующий воздушной стихией. Плюс, элитные наёмники — Огоньки и гномы, вместе стоившие двух десятков пиратов.
Первыми открыли стрельбу пираты, выпустив булыжник размером в половину человеческой головы в нос ‘купца’ с трёхсот метров. Камень, наткнувшись на невидимую пелену, вспыхнувшую молочным пятном в месте попадания, бессильно упал в воду.
— Отличный выстрел, — похвалила вражеского канонира Кайлина. — С качающейся палубы, по движущемуся объекту да с такой дистанции попасть — это нужно родиться стрелком!
Выстрелил палинтон с Костиного корабля. Большой глиняный горшок, наполненный горючей смесью и обмотанный тлеющей паклей, поднял фонтан воды в тридцати метрах от пиратов. Через несколько минут противники разрядили друг в друга свои метатели почти одновременно. Горючая смесь вспыхнула на магическом щите и стекла в воду, пиратский булыжник постигла участь первого снаряда, правда, на этот раз белое свечение защиты было заметно тусклее — заряд в накопителе защитного амулета был не бесконечен.
Когда между пиратами и ‘купцом’ расстояние сократилось до сотни метров, на сторожевой галере плюнули на парус и приналегли на вёсла. Одновременно с этим Костины охранницы взялись за луки.
— Пора пощипать ублюдков. На такой дистанции наши стрелы пробьют щиты, — пояснила Кайлина землянину в ответ на слова того, что снаряд палинтона и стрела из лука в разных весовых категориях и первому магический щит оказался не по зубам.
Девушки выстрелили одна за другой с интервалом в долю секунды. От стрелы Шеллы пиратская защита полыхнула всеми цветами радуги, в точке попадания появился небольшой разрыв, в который миг спустя влетели снаряды Кайлины и Ифены. Два человека в расчёте метатели повалились под ноги товарищам, заполучив по стреле в голову.
Корабль стал разворачиваться бортом к пиратам и сбавлять скорость, люди попрятались за щитами, приготовили топоры и багры.
— Прям всё для пиратов, — нервно произнёс Костя и изобразил смешок.
— Если ты про манёвр, то ошибаешься. Даже не имей мы целью обмануть пиратов и захватить пленных, всё равно пришлось подстраиваться под ход их галеры, а иначе большой риск получить пролом в борту при ошибке их рулевого. Лучше попытаться отбить абордаж, чем набрать в трюм воды посередине Салпы, — произнёс первый помощник капитана, расположившийся на корме, как самой высокой части судна рядом с Костей и его личными телохранителями.
Момент соприкосновения двух судов ознаменовался громким треском дерева и воем-рёвом с той и с другой стороны. Полетели крючья, намертво соединяя корабли. Одна из абордажных ‘кошек’ зацепила матроса за лодыжку и натянувшись, приколола того к борту, как булавка энтомолога интересную бабочку. Крик боли на миг перекрыл боевые кличи. И, словно, стал сигналом для наёмников в трюме, которые полезли, как тараканы из чрева корабля, одетые в кожаные доспехи и шлемы, у каждого круглый деревянный щит, топор или короткий широкий меч.
Часть палубы вражеской галеры была как на ладони для собравшихся на корме ‘купца’. И хотя речные разбойники прикрывались щитами, справедливо опасаясь стрельбы, это помогло им мало. Братья, наконец-то, смогли показать своё мастерство лучников, вгоняя стрелу за стрелой в щели между щитами. До этого, во время эпопеи с демонами, находясь в полных латных доспехах, им вольготнее было пользоваться арбалетами. От них не отставали гномы, чьи короткие с тугими плечами арбалеты посылали тяжёлые стрелы с такой силой, что деревянные щиты пробивались, как тонкая кожа иглой скорняка.
— Кайлина, а вы чего ждёте? — спросил Костя старшую лучницу, удивленный тем, как вся троица спокойно смотрела на начавшееся сражение, не пытаясь принять в нём участие.
— Скучно так сражаться. И угрозы для нашего нанимателя нет никакой, — улыбнулась та, а в глазах при этих словах буквально бушевала настоящая буря, выдавая истинные чувства девушка. Костя подозревал, что Кайлину
