Повелительница ветра

чтобы он заканчивался. Муж и дочка рядом! Что может быть лучше? Сейчас мы выглядели, совсем как обычная семья. Гуляли в людском городе, который невероятно ярко нарядили к празднику. Здесь и сейчас Фран свободен от тягостей королевских дел. Я видела, как светятся счастьем его глаза и с какой радостью он наблюдает за Фанни, подхватывает ее на руки, кружит и обнимает. Идет с ней на качели и к витринам и… просто радуется. Ведь этот день он может провести с нашей малышкой и забыть на время о совете.
Я с теплой улыбкой наблюдала, как Фран вновь поднял нашу малышку, чтобы показать ей красоты Ильбурга. Из-за толпы дочке трудно было все разглядеть. Что таить, здесь действительно было на что посмотреть. Люди очень почитали этот праздник и относились к нему со всей серьезностью. Фран знал о нем больше, чем я — ведь провел среди людей намного дольше времени. Но даже сейчас, когда духи и люди, наконец объединились, многие еще не привыкли к обычаям и традициям друг друга. Но мне всегда очень нравились человеческие праздники.
Сегодня город пестрел яркими раскрашенными яйцами и очень вкусными пасочкам. Мне очень хотелось заполучить их рецепт. Эри обещала прислать мне его, но пока что письмо так и не получила. Я совершенно не обижалась, понимая, что сейчас у нее совсем нет ни на что времени. Ведь у них с Эвином подрастает малыш. Совсем еще маленький — всего лишь годик.
Я улыбнулась своим мыслям и посмотрела на мужа. Интересно, он обрадуется новости, которой хочу ему преподнести? Сама об этом узнала только вчера! Мне не терпелось рассказать, но в то же время хотелось чтобы все вышло необычно…
— Мама! Мама! — отвлекла меня от мыслей Фанни, неожиданно схватив за руку и потащив за собой к толпе людей.
Протиснувшись вперед мы оказались в широком кругу, где в середине ходил жрец раздавая что-то людям. Второй мужчина, тоже в рясе, держал солнечный огонь, как пояснила мне дочка. Он символизировал рождение света.
— Сегодня вечером весеннее первое полнолуние после равноденствия, — неожиданно прошептала мне на ухо Фанни, притянув к себе. — Завтра утром вы должны будете спрятать яйца, чтобы я их нашла! Это такой обычай!
Мы с Франом не сдержали улыбок, а малышка нахмурилась и серьезно проговорила:
— Если я не обнаружу «гнездо» солнечного кролика, то целый год меня будет преследовать неудача.
— Ох, Фанниг’хариэль, — недовольно покачал головой муж и взял дочь на руки. — Это только выдумки людей. Удача от них не зависит.
— Папа! — возмущенно воскликнула Фанни. — Обычаи людей такие же настоящие, как и наши!
— Да, солнышко, — поддержала я малышку, ласково ей улыбнувшись и чмокнув в носик. — Ты права, а папа у нас просто злыдня.
Я бросила хмурый взгляд в сторону Франа, но он только фыркнул.
— Злыдня! — повторила Фанни, и я рассмеялась, замечая в серых глазах мужа обиженные огоньки. Кажется, мне будут мстить.

Гуляли мы до позднего вечера, пока я все-таки не сдалась и не намекнула на усталость. На жжение солнечного костра и ночные гуляние мы уже не остались, отправившись обратно в гостиницу.
Завтра днем Фанни предстояло ее первое выступление в школе перед зрителями, поэтому она уснула рано. Дочка совсем не нервничала и была уверена в своих силах. Скорее я переживала больше, чем она. И вот сейчас стоя у ее кровати, смотрела, как лунный свет из окна затерялся в ее белых волосах. Как ее детское личико светится счастьем. Уверена, сейчас Фанни видит красочные яркие и хорошие сны.
Я наклонилась и легонько коснулась губами ее лба, погладила по волосам, чувствуя, как меня охватывает грусть. Ведь через несколько дней мы снова уедем, а малышка останется здесь, среди людей…
Меня обняли со спины крепкие руки, и я расслаблено облокотилась, продолжая смотреть на дочурку.
— Наша малышка так быстро растет, — тихо проговорил Фран, крепче меня обнимая, и обжигая горячим дыханием шею.
Молча кивнула. Время, в самом деле, летит очень быстро. Не успеем мы оглянуться, как Фанни уже пойдет в старшую школу, потом в академию… но нам под силу приостановить время.
Я улыбнулась, беря теплые ладони мужа в свои. Положила их себе на живот. Ничего не говорю. Молчу, зная, что он поймет все без слов.
— Ханна? — я уловила дрожь в его голосе. Он разворачивает меня к себе лицом, и я вижу то, что хотела больше всего. Серые глаза блестят от счастья.
— Ты…
— Да!
Слова были лишние. Ведь мы и так друг друга понимаем. Он не может удержаться. Целует. Горячо и одновременно нежно. Однако я вырываюсь, сжимаю его ладонь и веду за собой, в другую комнату, чтобы не нарушить сон Фанни.
Муж подхватывает меня на руки, смеется и кружит. Усаживает на