Поющие пески

любви.
Грант подумал, что стоило бы посмотреть на этот феномен.
Клюн тихо лежало в своем зеленом гнезде, а Грант возвращался с триумфом, как после победной битвы. В прошлый раз он ехал по этой песчаной дороге, как невольник. Он поехал искать «Би-семь», а нашел себя.
Лора вышла на порог дома, чтобы их поприветствовать.
— Алан, ты не подрабатываешь на стороне букмекерством? — спросила она.
— Нет, а что такое?
— Ты не автор справочника для влюбленных?
— Нет.
— А то госпожа Мэр говорила, что тебя ждет целый мешок писем.
— Ох! Откуда госпожа Мэр знает, что это для меня?
— Она сказала, что ты единственный А. Грант во всем округе. Надеюсь, это не связано с брачным объявлением?
— Нет, речь идет о кое-какой незначительной информации, — объяснил он, направляясь с нею в гостиную.
В ранних сумерках комната была полна отблесками огня и движеньем теней. Грант, убежденный, что комната пуста, лишь через секунду заметил, что кто-то сидит в большом кресле возле камина. Это была женщина, такая стройная и хрупкая, что она производила впечатление такое же смутное, как и тени. Ему даже пришлось приглядеться повнимательнее, чтобы убедиться, что зрение не обманывает его.
— Это леди Кенталлен, — услышал он за собой голос Лоры. — Зоя приехала к нам на пару дней на рыбалку.
Леди Кенталлен наклонилась вперед, подав Гранту руку. Она показалась ему молодой девушкой.
— Добрый вечер, — сказала она. — Лора утверждает, что вы не любите, когда к вам обращаются «инспектор».
— Да, разумеется. «Инспектор» в частной жизни звучит мрачно.
— И немного нереально, — прибавила она своим нежным голосом. — Как в детективных романах.
— Вот именно. Каждый ждет, что сейчас его спросят, где он был в критический момент вечером такого-то дня.
Возможно ли, что эта девчушка может быть матерью трёх сыновей, один из которых уже кончил школу?
— У вас уже были какие-нибудь успехи на поприще рыболовства?
— Сегодня я поймала прекрасного лосося-одногодка. Вы его получите на ужин.
Она обладала тем типом красоты, что позволяет гладко причесывать волосы, с пробором посередине. Небольшая, темноволосая голова на длинной, прелестной шее.
Внезапно ему припомнилась свежепокрашенная комната. Так, значит, ее выкрасили для Зои Кенталлен, а не для свежей кандидатки в его жены. Что за облегчение! Принимать парад избранниц Лоры было достаточно обременительно, а если бы одной из них довелось поселиться под той же самой крышей, то это, мягко говоря, уже было бы слишком большим счастьем.
— Поезд из Обана, как видно, наконец-то один раз пришел вовремя, — сказала Лора, комментируя раннее возвращение Гранта.
— Алан вернулся на самолете, — сказал мимоходом Томми, вкладывая в огонь еще одно полено и не осознавая важность этой информации.
Грант посмотрел на Лору и увидал, как ее лицо радостно проясняется. Она повернула голову, ища его среди теней, встретила его взгляд и улыбнулась. Значит, она приняла это так близко к сердцу. Любимая Куколка. Любимая, добрая и заботливая Куколка.
Они начали разговор об Островах. Томми рассказал анекдот о человеке, у которого ветер сдул шляпу, когда он садился на корабль на острове Барра, и который нашел свой головной убор уже поджидающим его на пирсе Маллейга. Лора шутила на тему невозможности договориться на языке, в котором нет ни одного слова старше чем в двести лет, и составила рапорт о дорожно-транспортном происшествии (бла-бла велосипед бла-бла вираж бла-бла тормоза бла-бла грузовик бла-бла скорая помощь бла-бла носилки бла-бла укол бла-бла больница бла-бла термометр бла-бла хризантемы, фрезии, герберы, нарциссы, гвоздики…). Зоя провела детство на Островах и умела интересно рассказать о браконьерской ловле лососей. Это искусство, которому научил ее местный талант под самым носом инспекции.
Грант с удовольствием убедился, что присутствие гостьи ничем не нарушает семейную атмосферу Клюн. Казалось, что Зоя совершенно не осознает своей красоты и не ждет никаких почестей. Гранта совершенно не удивляло, что она «всецело завладела сердцем» Пата.
Когда он оказался в своей комнате и закрыл дверь, то вспомнил про мешок писем, ждущих его на почте в Мойморе. Целый мешок. Что ж, в конце концов в этом не было ничего удивительного. Благодаря работе в Отделе расследования уголовных преступлений он познакомился с особым сортом людей, таких, что полностью отдают свои силы исключительно письмам: в газеты, незнакомцам, писателям, в муниципальный совет, в полицию. Семь восьмых мешка окажется продукцией любителей писать письма.
Но остается еще одна восьмая.
Что она