Поющие пески

так, то чем еще мог бы он заняться?
Он забавлялся этой приятной мыслью, как новой игрушкой, пока не заснул. А утром следующего дня он взял ее с собой на реку. Наибольшее удовольствие в этой игре доставляла ему мысль о физиономии Брайса, читающего его рапорт об отставке. Как бы тот среагировал на известие, что он навсегда теряет своего лучшего сотрудника? Это была прекрасная мысль.
Он рыбачил в своем излюбленном месте, ниже висячего мостика, и вел разговор с Брайсом. Потому что это, разумеется, был разговор. Он не отказал бы себе в этом неописуемом удовольствии положить письменный рапорт на стол, перед самым носом Брайса; он положил бы его сам, собственноручно. Позднее началась бы беседа, доставляющая истинно великое удовлетворение, и наконец он вышел бы на улицу как свободный человек. Свободный… и что потом?
Потом быть собой, не ждать, пока кто-то тебе кивнет или тебя вызовет; делать вещи, которые он всегда хотел делать, но не обладал для этого временем. Например, он мог бы поднять парус и поплыть куда-нибудь далеко.
А может быть, жениться? У него было бы достаточно времени, чтобы делить с кем-нибудь жизнь. Чтобы любить и быть любимым.
В блаженном настроении он размышлял об этом еще час.
Ближе к полудню он почувствовал, что не один. Грант поднял глаза и увидел, что на мосту стоит мужчина и наблюдает за ним. Тот стоял в нескольких ярдах от берега и, поскольку мост не качался, должно быть, стоял там уже какое-то время. Мост был сплетен из канатов и выложен деревянными дощечками; он был такой легкий, что даже ветер мог шевельнуть его. Грант был благодарен пришельцу за то, что тот не пошел на середину моста и не принялся раскачивать его, распугивая рыбу по соседству.
Он с признательностью кивнул мужчине головой.
— Ваша фамилия Грант? — спросил мужчина.
После туманных высказываний людей с интеллектом, столь сложно организованным, что в их языке не было слова «нет», приятно было услыхать прямой вопрос, высказанный простым языком.
— Да, — ответил он и на мгновенье заколебался. Мужчина производил впечатление американца.
— Это вы тот тип, что дал объявление в газету?
Теперь уже не было сомнения, откуда взялся пришелец.
— Да.
Мужчина сдвинул шляпу на затылок и сказал с апатией в голосе:
— Ну ладно. Я думаю, что я тоже чокнутый, потому что иначе меня бы здесь не было.
Грант начал сматывать удочку.
— Не хотите ли спуститься сюда, вниз, господин?..
Мужчина сошел с моста и направился по берегу в его сторону. Он был довольно-таки молод, хорошо одет и производил неплохое впечатление.
— Меня зовут Каллен, — сказал он. — Тэд Каллен. Я пилот. Летаю по фрахту в ОКЭЛ. Знаете: Ориентал Коммершал Эйрлайнз Лимитед.
Говорят, что для того, чтобы летать в ОКЭЛ, достаточно свидетельства о рождении и отсутствия следов проказы. Но это преувеличение. Собственно говоря, это ложь. Чтобы летать в ОКЭЛ, надо быть хорошим пилотом. Когда сотрудник больших авиакомпаний совершает ошибку, он получает выговор. Когда он совершает ошибку в ОКЭЛ, вылетает на улицу. У ОКЭЛ неограниченные источники набора персонала. ОКЭЛ не интересуется образованием, цветом кожи, происхождением, манерами, национальностью или внешним видом, лишь бы только ты умел летать. Непременно умел летать. Грант посмотрел на Каллена с удвоенным интересом.
— Я прошу вас меня выслушать, господин Грант. Я знаю, что те слова в газете… я знаю, что они — это просто какая-то цитата, и вы хотите найти источник или что-то в этом роде. И я, разумеется, не могу этого сделать. Я никогда не был силен в литературе. Я вам ни в чем не пригожусь. Думаю, что как раз наоборот. Однако я очень обеспокоен. Я подумал, что даже такой выстрел вслепую стоит попробовать. Видите ли, именно эти слова в одну прекрасную ночь сказал Билл, когда был немного под газом, — Билл, это мой друг — и я подумал, что это, быть может, относится к какому-то месту. То есть что это описание какого-то места. Даже если это цитата. Боюсь, я неясно выражаюсь…
Грант улыбнулся и сказал, что действительно пока не очень понятно, но, может быть, они сядут рядом и все друг другу объяснят.
— Следует ли понимать, что вы приехали сюда, чтобы меня найти?
— Да. Я приехал вчера вечером. Но почта в Мойморе уже была закрыта, так что я пошел спать в трактир. А сегодня утром пошел на почту и спросил, где можно найти того господина Гранта, что получил множество писем. Видите ли, я был уверен, что после этого объявления вы получили массу писем. Мне ответили: о да, если мне нужен этот господин Грант, то я найду его где-нибудь на берегу реки. Ну, я и пришел посмотреть, а поскольку здесь на берегу есть еще только какая-то дама, то я догадался, что это должны